Книга Восхождение Морна. Том 2, страница 59 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— А вот на этом, братец, — сказал Феликс ровным голосом, — наши договорённости заканчиваются.

Я замер с бумагами в руках.

Меч упирался мне в горло чуть ниже кадыка. Сталь была холодной, и я чувствовал, как она чуть подрагивает в такт его дыханию.

Надо же. Родной брат. Ну, формально родной. Для меня он был скорее персонажем из чужих воспоминаний, которые иногда всплывали в голове обрывками. Совместные обеды, уроки фехтования, папины нотации о чести рода. Всё это было, но как будто не со мной. Месяц в этом теле, слишком мало, чтобы почувствовать себя частью семьи. И, судя по мечу у горла, семья тоже не горела желанием меня принимать.

Я должен был испугаться, наверное, но страха не было. Только холодное любопытство.

И что ты теперь будешь делать, Феликс? Ибо если думаешь что застал меня врасплох то ты глубоко ошибаешься.

Младшенький был абсолютно серьёзен. Никакого блефа, никакой показухи. Просто человек, который принял решение и теперь собирался его выполнить.

— Бумаги. На стол. Медленно.

Я посмотрел на него, потом на меч, потом снова на него. И почувствовал, как губы сами собой растягиваются в улыбке.

— Знаешь, братец, я всегда подозревал, что ты меня недолюбливаешь. Но вот так сразу, с мечом к горлу, без прелюдий… Я думал, у нас в семье принято сначала обмениваться любезностями. Спросить про здоровье там, про погоду. Может, вина предложить.

Феликс не шелохнулся. Даже не моргнул.

— Бумаги.

— Слышу, слышу. Просто пытаюсь понять логику. Мы вместе штурмовали эту дыру, вместе чуть не сдохли, и вот теперь, когда всё закончилось…

Я сделал паузу и покачал головой с видом человека, который искренне озадачен происходящим.

— Подожди. Дай угадаю. Это из-за документов, да? Волчья голова на бумагах тебя расстроила?

Что-то дрогнуло в его лице. Едва заметно, на долю секунды, но я поймал этот момент. Попал.

— Положи бумаги на стол, — повторил он чуть жёстче. — Я не буду просить третий раз.

— А что будет на третий? Зарежешь? Прямо здесь, в кабинете работорговца, среди бухгалтерских книг и банок с заспиртованными образцами? — Я кивнул на полку за его спиной, где действительно стояло что-то мутное в стеклянных сосудах. — Романтично. Папа оценит твоё чувство стиля.

Феликс сделал шаг вперёд, и остриё меча царапнуло кожу. Неглубоко, но я почувствовал, как что-то тёплое потекло по шее. Кровь. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы понять: он не шутит.

Ладно. Может, хватит его подначивать.

Я медленно положил стопку документов на край стола. Аккуратно, не делая резких движений. Феликс следил за каждым моим жестом, и я видел, как напряжены мышцы его предплечья, как пульсирует жилка на виске.

Он сгрёб бумаги свободной рукой и начал перебирать, не убирая меч от моего горла. Это выглядело неудобно и, честно говоря, немного глупо. Пытаться читать мелкий почерк при дрянном освещении, одновременно удерживая противника на расстоянии клинка. Но я не стал комментировать. Пусть развлекается.

На листах с волчьим гербом он остановился. Поднёс ближе к лампе, прищурился. Потом отложил в отдельную стопку.

— Это остаётся здесь.

— А остальное?

— Остальное можешь забрать.

Я посмотрел на отложенные листы. На стилизованную волчью голову с тремя звёздами, которая красовалась в углу каждого из них.