Книга Восхождение Морна. Том 2, страница 134 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Устав, параграф тридцать седьмой, пункт четвёртый, подпункт «б», — он зачитывал это с таким удовольствием, с каким нормальные люди читают любовные письма. — Формулировка довольно однозначная: «Содержание магически изменённых существ на территории учебного заведения не допускается, за исключением случаев, предусмотренных особым распоряжением директора».

Он откинулся в кресле и сложил руки на животе, давая мне время осознать безвыходность моей ситуации.

— Разумеется, — голос стал мягче, — исключения возможны. При определённых условиях.

— Каких именно?

— Финансовых.

И вот мы добрались до сути. Я ждал этого с того момента, как серый секретарь сказал «немедленно». Никто не вызывает новичка к директору в первый час после приезда просто так. Не для светской беседы о погоде, не для тёплых слов о радости от нового студента, не для чашечки чая с печеньем. Только для одного — чтобы содрать денег, пока клиент не освоился и не понял местных расценок.

— Пятьсот золотых, — продолжил директор. — Единоразовый взнос в фонд развития Академии. После этого ваша химера может находиться на территории абсолютно беспрепятственно, с полным комплектом документов и официальным разрешением за моей личной подписью.

Пятьсот золотых.

Я быстро прикинул в уме, и цифры, которые получились, мне категорически не понравились. После всех приключений, после Стрельцовой, после Рубежного, после универсального противоядия и покупки Сизого, у нас осталось не больше четырёх сотен. Это был наш капитал, наша подушка безопасности, наш «фонд на случай если опять придётся бежать из горящего здания».

Пятьсот означали долг. Или очень неприятный разговор с Мареком о том, где взять недостающую сотню.

Сотня золотых. Для бывшего наследника Великого Дома это была сумма, которую раньше я тратил на одну приличную попойку с друзьями. А теперь она стояла между мной и возможностью оставить Сизого при себе.

Но отказаться значило потерять голубя. Формально он отправится за пределы Академии, где этот придурок ввяжется в какую-нибудь историю быстрее, чем я успею моргнуть. Он уже доказал, что без присмотра способен влипнуть в рабство к работорговцам, и я сильно сомневался, что второй раз ему так же повезёт с хозяином.

А ещё Сизый был единственной химерой с потенциалом ранга В, которого я собирался превратить в отменного бойца.

Директор откинулся в кресле и сложил руки на животе. Он точно знал, что загнал меня в угол, и теперь с удовольствием ждал представления. Торга, мольбы, возмущённых речей о несправедливости и грабеже средь бела дня. Большинство на моём месте именно так бы и поступили, начали бы торговаться, сбивать цену, объяснять, что это неподъёмная сумма, что можно же как-то договориться, войти в положение.

Вот только я не был большинством.

— Согласен.

Одно слово. Без паузы, без колебаний, без попытки выбить скидку или разбить платёж на части.

Старый хрыч не ожидал. Он приготовил целый спектакль, разложил декорации, отрепетировал реплики — а я взял и сломал ему сценарий одним словом.

Приятно, чего уж там.

— Вы уверены? — в голосе директора появилась нотка, которой раньше не было. Не удивление даже, скорее переоценка. Он смотрел на меня так, будто я был шахматной фигурой, которая вдруг пошла не по правилам. — Это существенная сумма для человека в вашем… положении.