Книга Восхождение Морна. Том 1, страница 162 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Снаружи послышались голоса и топот. Арбалетчики спускались с крыш. Поняли, что мы ушли с линии огня, и теперь шли добивать.

Я огляделся.

Мы оказались в какой-то кладовке. Тёмной, вонючей, заваленной хламом так, что едва можно было развернуться. Одна дверь наружу — та, через которую мы ввалились. Одна куда-то вглубь дома. Окон нет. Стены глухие, потолок низкий, и пахло здесь так, будто кто-то много лет назад засолил тут бочку капусты, а потом забыл про неё навсегда.

Отличное место, чтобы сдохнуть. Прямо как по заказу.

— Туда. — Я кивнул на внутреннюю дверь. — Быстро. Пока они не сообразили, куда мы делись.

Марек дёрнул дверь на себя, и та открылась с таким скрипом, что его наверняка услышали на соседней улице. Плевать. Всё равно арбалетчики уже знали, где мы. Главное — не дать им нас догнать.

Мы двинулись вглубь дома, и с каждым шагом становилось понятнее, почему здесь никто не живёт.

Дом был заброшен давно, может лет десять, а может и больше. Половицы прогнили настолько, что под ногами проламывались целые доски, и приходилось смотреть, куда ступаешь, чтобы не провалиться к чёртовой матери. Стены покрывала какая-то чёрная плесень, которая расползалась причудливыми узорами, будто кто-то рисовал тут пальцем в темноте. В одном углу потолок обвалился, и сквозь дыру виднелось небо. В другом громоздилась мебель, сваленная в кучу, покрытая таким слоем пыли, что определить, что это было когда-то, не представлялось возможным.

На полу валялись какие-то тряпки, битая посуда, крысиный помёт. Много крысиного помёта. И кости — мелкие, птичьи или крысиные, обглоданные дочиста. Кто-то тут явно столовался, и я очень надеялся, что этот «кто-то» давно съехал.

— Наверх, — скомандовал Марек, указывая на лестницу в конце коридора. — Там окна на другую улицу. Может, успеем выбраться.

Лестница выглядела так, будто по ней последний раз ходили ещё до моего рождения. Ступеньки просели, перила болтались, а в одном месте не хватало трёх досок подряд, и зияла чёрная дыра, из которой тянуло сыростью и чем-то тухлым.

Я пошёл первым, проверяя каждую ступеньку, прежде чем перенести вес. Сизый — за мной, молчаливый и серый, будто вся краска из него вытекла вместе с бравадой. Марек прикрывал сзади. Соловей замыкал, и кровь из его спины капала на ступени, оставляя тёмный след.

— Как ты там? — бросил я через плечо.

— Заебись, — прохрипел он. — Просто праздник какой-то.

Ну, раз огрызается — значит, ещё поживёт.

Второй этаж оказался не лучше первого. Пустая комната, пол покрыт таким слоем грязи, что ноги оставляли чёткие следы. Окно — одно, узкое, с мутными стёклами, половина из которых выбита и заткнута тряпками. Я подошёл и выглянул наружу, стараясь не высовываться слишком сильно.

Улица внизу была пуста. До земли метра три, может чуть больше. Прыгнуть можно, если аккуратно. Даже Соловей с болтом в спине справится, если поможем.

Я уже открыл рот, чтобы скомандовать, и тут увидел движение на крыше дома напротив. Тень метнулась за трубу, блеснул металл.

Арбалетчик. И не один — второй залёг у самого края, даже не прячась. Смотрел прямо на наше окно и ждал.

Твою мать. Лысый перекрыл все выходы. Сзади — те, что гнались за нами по переулку. Спереди — эти, на крышах. Загнали, как волки загоняют оленя: один гонит, остальные ждут на выходе.