Книга Милость королей, страница 311 – Кен Лю

Луан подошел к своему родовому поместью. Руины оставались непотревоженными, но он увидел повсюду, во всех укромных уголках и щелях между камнями полевые цветы: одуванчики, льнянка, иван-чай, водосбор и цикорий…

Опустившись на колени среди развалин и ощутив на лице тепло яркого солнца, Луан закрыл глаза и прислушался к доносившимся со всех сторон мирным звукам.

Потом Луан Цзиа отправился в храм Луто. В большом зале молились верующие, и, с трудом протолкнувшись сквозь толпу, он оказался в маленьком дворике. Осмотревшись, он отыскал желтый камень, напоминавший панцирь черепахи, и опустился на колени.

— Учитель, я пришел сказать, что моя миссия, похоже, выполнена.

Он терпеливо ждал, надеясь, что старый рыбак, давший ему «Гитрэ юту», книгу знаний, вернется, но солнце село и взошла луна, однако никто так и не появился.

И тут в его висевшем за спиной вещевом мешке что-то зашевелилось. Луан раскрыл его и достал оттуда магическую книгу. Страницы зашелестели, и он увидел свои записи и диаграммы, накопившиеся за прошедшие годы, – след, оставленный долгими путешествиями. Потом книга открылась на первой пустой странице, и на ней начали появляться слова: «Когда крубен пристает к берегу, разумный прилипало оставляет его; когда миссия завершена, мудрый слуга уходит».

Луан долго сидел в темноте, потом наклонился и коснулся лбом земли перед книгой.

— Благодарю тебя, учитель.

На странице появились новые строки: «Ты всегда знал все, что есть в этой книге; я лишь указывал тебе, куда нужно посмотреть».

Затем сияющие буквы потускнели, и, хотя Луан Цзиа ждал до восхода солнца, на пустой странице больше так ничего и не появилось.

После посещения могилы начальника порта королева Гин отправилась в Димуши, где остановилась на лучшем постоялом дворе, а Луан Цзиа стал ее гостем.

Несколько дней они не выходили из спальни, но однажды утром решили выехать за городские стены. Гин сменила королевские одеяния на простое платье, а Луан надел тунику ученого вместо обычных придворных одежд. И теперь они гораздо больше походили на вышедшую прогуляться влюбленную пару, чем на королеву и главного стратега Дара. Отпустив поводья, они предоставили лошадям выбирать дорогу, а сами наслаждались теплыми лучами солнца и прохладным ветерком.

— Ты не думала о том, что будешь делать дальше, Гин? – спросил Луан Цзиа.

— Куни сказал, что хотел бы видеть меня королевой Гэджиры. Это хорошая награда: Гэджира богаче Римы и Фасы.

Луан ничего не ответил, и Гин, повернувшись к нему, увидела, что он нахмурил брови.

— В чем дело?

— Тебе придется оставить свою армию в Фасе и Риме и начать все сначала, – медленно проговорил Луан.

Гин рассмеялась:

— Я привыкла.

В этот момент они поравнялись с группой охотников, появившихся на опушке леса возле дороги.

— Много диких гусей? – спросила Гин.

— Сейчас не самое подходящее время, – ответил один из охотников. – Мы провели в лесу все утро, но ничего не сумели подстрелить. Похоже, придется ждать до осени.

Перед тем как попрощаться, охотники привязали своих недовольно скуливших псов и начали заворачивать луки в плотную ткань, чтобы сохранить до осени.

— Ты маршал, а сейчас наступил мир, – продолжил Луан, когда охотники ушли. – Как думаешь, в глазах императора ты сильно отличаешься от пса или лука, когда все кролики и дикие гуси уже в ягдташе?