Книга Милость королей, страница 309 – Кен Лю

Но остальные трое, Фитовэо, Кана и Киджи, сидели с каменным лицом и даже не пошевелились.

— О, предстоит нечто интересное. Я рад, что пришел. – Тацзу залпом выпил мед, не дожидаясь остальных, и снова наполнил кубок.

— Война закончена, – сказала Рапа. – Неужели мы не так добросердечны, как смертные?

Поскольку недовольная троица никак не отреагировала на ее слова, она повернулась к сестре-близняшке:

— Перестань, Кана-тика! Как ты можешь сказать «нет» мне, своей половинке?

— Не играй со мной! – воскликнула Кана. – Мне не следовало слушать тебя, когда мы с Фитовэо отправились забирать тело Маты. «О сестра, – сказала ты, – позволь нам с Киджи сопровождать тебя. Будет хорошо, если смертные увидят всех наших пави: пусть поймут, как сильно мы о них тревожимся».

— Да ничего другого я не хотела! Мы могли принимать разные стороны в этой войне, однако все мы боги Дара.

— Возможно, это звучит красиво, – заговорил Фитовэо. – Однако ты использовала и Кану, и меня! Ты сделала так, что все решили, будто мы поддерживаем Куни Гару!

— И не забывай про Киджи, – добавила Кана. – Он в равной степени ненавидит Мату и Куни, так что из него ты и вовсе сделала клоуна.

Они посмотрели на Киджи, но повелитель воздуха молчал, и на лице его застыло задумчивое выражение.

— Ты неправильно меня поняла, – запротестовала Рапа. – Смертные совсем не так интерпретировали танец, который я устроила для наших пави. Я хотела показать, что боги находятся на разных сторонах…

— Так вот почему наши с тобой вороны были рассортированы по цвету, – закончила, как всегда, за сестру Кана.

— Совершенно верно. А потом я предложила волкам Фитовэо встать против соколов Киджи, чтобы у смертных не возникло ощущения, будто Киджи простил Мату Цзинду, осквернителя гробницы Мапидэрэ и величайшего воина Дара.

— Но твой план сорвался, – сказал Фитовэо. – Этот Кого Йелу все исказил, и получилось, будто все мы оказались там, чтобы показать, что поддерживаем Куни Гару.

— И все ему поверили! – пожаловалась Кана. – Неужели люди не в состоянии думать самостоятельно?

— Мы так тщательно выбирали свои знамения, но они будут записаны в анналах Дара в неверной интерпретации одного человека, – заявил Фитовэо.

— Смертные никогда не умели правильно понимать происходящее, – сказала Тутутика, и ее голубые глаза наполнились слезами. – О, моя Кикоми…

Все боги почтительно помолчали, вспоминая принцессу, которая пожертвовала всем, чтобы спасти свой народ, даже местом в истории.

— Младшая сестра, Кикоми любила Аму так же сильно, как Джидзу любил Риму или мой Намен – Ксану, – наконец прервал молчание Киджи. – Мое сердце рыдает о Кикоми. Ты выпьешь со мной? «За величие королей»! Она заслужила эти слова даже больше, чем корону или поклонение смертных.

Он поднял свой кубок. Тутутика после коротких размышлений кивнула и выпила вместе с ним.

— Слишком многие, кто любил свою страну так же сильно, как Кикоми, Джидзу и Намен, погибли.

Фитовэо и Кана удивились. Из всех богов именно Киджи должен был возмущаться больше остальных тем, как разрешились конфликты на Дара. Империя Ксана уничтожена.

— Время движется циклами, – между тем продолжал Киджи. – Народ Дара был единым, когда заселил эти острова, и лишь позднее разделился на королевства Тиро. Но даже тогда у них была разная внешность, из чего следовало, что ано произошли от многих племен. Теперь все острова Дара снова объединились, и люди смогут любить их все, как когда-то любили свои королевства Тиро. Не следует забывать: мы обещали нашей матери, что будем богами всего Дара.