Книга Милость королей, страница 302 – Кен Лю

— Но я знаю, как сильна верность людей Маты: они никогда не сдадутся. Неужели ради победы я должен оставлять на своем пути вдов и сирот, как Мапидэрэ? Даже если мы одержим победу, я потеряю доверие.

Гин вздохнула. Доброта была неотъемлемой частью Куни, и, хоть с точки зрения военной стратегии это иногда мешало, Гин Мадзоти служила ему именно по этой причине.

— И что ты предлагаешь? Теперь перемирие невозможно.

— У госпожи Рисаны есть идея.

Когда Джиа и его отец попали в руки гегемона, Куни хотел отправить детей и Рисану в Гинпен, подальше от сражений, чтобы обеспечить им безопасность, но Рисана заявила, что намерена сопровождать его повсюду.

— Женщинам необходим защитник, – сказала Рисана, выступив из-за спины мужа.

Женщины из вспомогательных отрядов, созданных Гин, внесли немалый вклад в успехи Дасу. По сравнению с другими армиями Дара солдаты Дасу лучше питались, их оружие всегда было в порядке, многие выживали после ранений, которые оказались бы фатальными без заботливых женских рук, прекрасно обращавшихся с иглой.

Однако война продолжалась, Гин приходилось вести сражения, много сил отнимало управление собственными владениями, и в результате вспомогательные отряды остались без внимания. В то время как женщины из воздушного флота считались элитой, к остальным относились без особого пиетета. Некоторые командиры Дасу, поставленные во главе таких отрядов, пренебрегали своими обязанностями, не выплачивали женщинам вовремя жалованье, не интересовались их проблемами и даже относились к ним без должного уважения.

— Мы с мамой сами зарабатывали себе на жизнь, – продолжила Рисана. – Я могу сделать так, чтобы голоса женщин были услышаны. Какая польза от моего положения, если я не могу им воспользоваться? Я ничего не понимаю в военной стратегии, но мне кое-что известно о сердцах мужчин, я умею разобраться в лабиринте их желаний и отыскать нужный путь.

Гин всегда с уважением относилась к мудрости Рисаны, но сейчас от усталости и перенапряжения ее рассуждения казались какими-то невнятными.

— Сейчас нам не до дешевых фокусов и соблазнения.

— О, маршал, считали ли вы женщин настоящими солдатами, когда сделали их частью армии?

Гин прищурилась, но кивком показала, чтобы Рисана продолжала.

После того как Рисана закончила, Гин задумалась и принялась расхаживать по палатке. Куни и Рисана молчали, пока она не повернулась наконец к ним:

— Если у нас не получится, люди Маты будут сражаться с еще большим ожесточением. Но оно того стоит. Королю придется обратиться к ним напрямую.

На улице бушевала метель, когда они втроем направились в лагерь женских вспомогательных отрядов. Женщин подняли по тревоге, и теперь они с испугом смотрели на трех всадников. Они верили Рисане, которая много сделала для улучшения их положения, но Куни и Гин никогда прежде не появлялись в лагере.

Куни выехал немного вперед и заговорил, стараясь, чтобы его услышали все, несмотря на вой ветра:

— Кто из вас родился в Кокру?

Вверх поднялись сотни рук.

— Я знаю, что многие присоединились ко мне после того, как потеряли мужей и сыновей во время восстания и последовавших за ним войн. Сегодня мы можем положить конец бойне, но только с вашей помощью.

Женщины слушали с застывшими лицами, пока он объяснял план Рисаны.