Книга Милость королей, страница 218 – Кен Лю

— Вот тебе последний совет, король Куни: сожги все свои корабли, как только окажешься на острове.

— Но тогда у меня вообще не останется надежды когда-нибудь покинуть свою тюрьму.

— Сейчас твоя главная задача убедить гегемона в полной своей лояльности. Когда сожжешь корабли, он поймет, что ты ему не опасен. Сосредоточься на управлении Дасу, стань хорошим королем, а об остальном позаботится время.

У Рато и Дафиро наконец появилась возможность встретиться, впервые после того, как расстались в Сарузе. Куни со своими людьми оставался в лагере, и солдатам Маты запрещалось туда ходить.

Поскольку это был последний день их пребывания в Пане, солдатам разрешили свободно погулять по улицам. И хоть братья изо всех сил сдерживали слезы, глаза все же предательски заблестели, а носы захлюпали.

— Я слышал, что случилось на Волчьей Лапе. Тебя могли убить!

— И кто бы говорил! Сам вон крубеном управлял!

— Я старший, поэтому могу позволить себе безрассудства.

Даф показал Рату свой клинок, тот с восхищением его осмотрел и даже несколько раз им взмахнул, рассекая воздух.

— Ты точно решил следовать за господином Гару? – спросил Рат.

— Какой смысл? Даже если я от него уйду, ты все равно не покинешь гегемона. Буду стараться сделать карьеру у хозяина, который с пониманием относится к стратегической лени.

— А я уж было решил, что в тебе возобладало чувство чести.

Они обнялись и рассмеялись.

— Как жаль, что господин Гару и гегемон больше не братья!

Они пили до наступления сумерек, а потом распрощались.

Дасу, шестой месяц первого года Принципата

Войско Мараны с удивлением наблюдало с моря, как люди Куни Гару сжигают корабли, на которых приплыли на Дасу. Марана вспомнил о гамбите Маты на Волчьей Лапе и нахмурился, однако слова Куни развеяли его сомнения.

— Большие корабли слишком дорого содержать, а я здесь надолго! – прокричал Куни с берега, приложив ладони рупором ко рту, вкрадчиво улыбнувшись своим людям. – Передавайте мои наилучшие пожелания гегемону, ваше величество. Не пропадайте!

Марана с презрением отвернулся, когда Куни принялся бить поклоны, как слуга в надежде получить одобрение господина. Почему гегемон так беспокоится из-за этого шута горохового? Он ничуть не лучше обычного разбойника: мелкий преступник, которого вполне удовлетворит крошечный островок с несколькими хижинами, а единственная его «победа» – результат удачного стечения обстоятельств.

Приходилось Мате сталкиваться с куда более серьезными противниками – например, с принцессой Кикоми. Сердце Мараны переполняли самые разные чувства, когда он вспоминал о ней. Хотя и сам мастерски плел интриги, в ней Марана встретил достойного противника. Кикоми сумела разрушить его замысел, до самого конца опережая на шаг. В точности так, как ей почти удалось поймать его в ловушку видением восстания, он почти сумел соблазнить ее обещаниями вечной славы. Принцесса была готова жить в вечном бесчестье на страницах истории, чтобы спасти свой народ, и Марана невольно восхищался величием ее духа. Кроме того, не исключено, что его нынешнее положение стало возможным благодаря смешанным чувствам, которые Мата питал к Кикоми. Повороты судьбы бывают поразительными.

Он отдал приказ плыть к северному побережью Руи, где раньше жил Танно Намен, чтобы выполнить данное ему обещание, и спросил у своих людей: