Книга Милость королей, страница 201 – Кен Лю

— Между мной и маршалом Цзинду произошло недоразумение, – ответил на их просьбу остаться Куни Гару. – Если я останусь, будет только хуже.

Вспомнив предсмертные крики жителей Диму, он все же испытал жестокие уколы совести.

Куни смотрел на бескрайние пространства озера Тутутика – вода до самого неба, как в море, только тихая и спокойная, словно зеркало.

— Теперь остается лишь ждать, как Мата решит поступить с нами. Надеюсь, не забудет о нашей дружбе и простит невольно нанесенную ему обиду.

Мата Цзинду, едва ступив в Пан, приказал начать грабежи. Пообещав своим солдатам богатства имперской столицы, он и не собирался лишать их удовольствия. Хоть убийства жителей Пана, которые, как могли, пытались приветствовать Мату, он и не поощрял, но и ничего своим солдатам не запрещал.

Шел холодный зимний дождь, объятые паникой люди метались по скользкой мостовой, спасаясь от обнаженных мечей, и очень скоро сточные канавы покраснели от крови.

Юный император Эриши остался во дворце, когда Куни и его армия ушли из Пана. На мольбы несчастного забрать его с собой, не оставлять на милость этого мясника было отвечено отказом.

Куни со вздохом сказал мальчику, что ничего не может сделать. Мата Цзинду провозгласил себя гегемоном всех королевств Тиро, и судьба императора теперь в его руках. С трудом оторвав пальцы ребенка от своей туники, он ушел, но жалобные крики Эриши еще долго эхом звучали у него в ушах.

Солдаты Маты Цзинду забрали все сокровища, которые можно было вынести из дворца, затем заперли двери снаружи, оставив внутри императора и нескольких верных ему слуг.

Мата Цзинду громко зачитал грехи империи Ксаны, совершенные против народов Шести королевств, и поджег дворец. У всех на глазах мальчишка-император спрыгнул вниз с самой высокой башни дворца, где до последнего скрывался от подступавшего пламени. Пожар еще долго бушевал во дворце: горожанам запретили его тушить, куда бы тот ни распространялся, и в результате весь Пан сгорел, а дома тлели еще месяца три. Пепел и дым поднимались так высоко, что были видны даже в Хаане: казалось, в небеса устремилось черное копье.

Безупречного города больше не существовало.

— Со смертью императора Эриши империя исчезла, – заявил Мата. – Я объявляю первый год Принципата.

Толпа криками приветствовала его слова, но Мате Цзинду показалось, что без особого энтузиазма, и это вызвало у него раздражение.

Кроме того, Мата Цзинду послал своих солдат к Мавзолею Мапидэрэ. Почти у каждого из повстанцев были знакомые семьи или друзья, которым пришлось работать на грандиозном строительстве, и многие здесь погибли. Теперь все без исключения хотели отомстить и уничтожить место последнего упокоения Мапидэрэ, и Мата счел такое желание справедливым.

Мавзолей представлял собой подземный город, построенный внутри горы Висоти, откуда было вывезено огромное количество земли и камня.

Солдаты Цзинду разбили вход в подземный город – ворота из белейшего и чистейшего мрамора, за которыми начинался лабиринт извивающихся туннелей, с покрытыми изысканными орнаментами стенами. Многие туннели заканчивались тупиками или ловушками, и в результате огромное количество людей с факелами и кирками, устремившихся вперед, не зная дороги, получили серьезные ранения и даже погибли.