Книга Стена Бурь, страница 263 – Кен Лю

Кроме того, имелось в разоблачении воздушных кораблей до скелетов еще одно преимущество, на которое сильно уповал Тан Каруконо, рассчитывавший, что сегодняшняя миссия увенчается успехом.

Бамбуковый каркас и шелковые мешки с газом были окрашены в черный цвет, а специально подготовленные члены экипажа, занявшие места в различных местах обнаженной рамы, тоже облачились в темную одежду. Воздушные корабли были призраками, этакими порождениями ночи, незримыми и неслышными.

* * *

Пон Найе, командир специальной воздушной эскадры, отсалютовала Тану Каруконо:

— Господин адмирал, огненные птички готовы!

Пон была среди первых женщин, которых Гин Мадзоти в свое время набирала в военно-воздушные силы. Будучи весьма толковым командиром (ей однажды пришлось даже иметь дело с легендарным Гегемоном, пока тот парил над рекой Лиру на боевом змее), капитан Найе вызвалась возглавить эту экспедицию.

Она сняла с пояса холщовый мешочек и бросила Тану. Тот без труда поймал его.

— Если мы не вернемся, передайте это, пожалуйста, в Пан.

Тан подкинул мешочек на руке. Он был очень легким.

— Что здесь?

— Прощальные записки и завещания всех бойцов моей эскадры, – пояснила Найе.

Тан прижал мешочек к груди. Глаза его заслезились от соленого ветра, когда он промолвил:

— Я позабочусь, чтобы это вручили семьям, если… Да хранят вас повелитель Киджи и все боги Дара!

Найе рассмеялась:

— Говорят, что летуны народ суеверный, однако я никогда не была особенно набожной. С того дня, как я надела мундир, я постоянно живу в одном шаге от падения с огромной высоты, но никогда не молилась. Если боги Дара желают сражаться в одном строю со мной – добро пожаловать! Если нет, я знаю, что поможет мне обойтись без их помощи. – Капитан похлопала по узкому корпусу нового оружия, прикрепленного к раме рядом с ней.

— Где ты живешь? – спросил Тан, повинуясь порыву. – Если что, я… я передам твой документ лично.

— Моего там нет, – ответила Найе. – Я так и не научилась читать и писать, а диктовать грамотеям о том, как поступить после моей смерти… это как-то неправильно. Да и нужды нет. Я летаю вот уже пятнадцать с лишним лет, и каждый заработанный медяк или потратила, или проиграла, или спустила на любовников. В общем, я сейчас налегке, как мой корабль.

— У тебя нет семьи? Уверен, твои близкие хотели бы знать…

Лицо Найе помрачнело.

— Мой отец погиб, сражаясь за императора Мапидэрэ, а мать померла с голоду. У меня родился сын, но я его совсем не знаю, потому как отказалась выйти замуж и вести размеренную жизнь. Его растил отец, где-то на Дасу.

— На Дасу, – машинально повторил Тан Каруконо. До него вдруг начало доходить, почему Найе вызвалась добровольцем для этой миссии.

— Я была плохой матерью, – продолжала женщина. – Но если льуку уже убили моего сына и его отца, я хотя бы отомщу за них. А если он жив, то надеюсь, до него когда-нибудь дойдет весть о случившемся сегодня и мальчик узнает, что его мать была храброй женщиной.

— Доброе имя, – промолвил Тан Каруконо. – В конечном итоге из всего, что мы оставляем после себя, только оно имеет значение.

— Ну да, что-то вроде того, наверное, – кивнула Найе. – Я не сильна в словах, господин адмирал.

Она свистнула, привлекая внимание всех воздушных экипажей.

— Последняя проверка крепления груза… Ослабить стяжки вокруг газовых мешков… Десять секунд до взлета… Оттяжки! Оттяжки! Оттяжки!.. Три, два, один – руби!