Книга Стена Бурь, страница 228 – Кен Лю

— Загоните наглецов обратно в море!

Варвары между тем приближались. Самые остроглазые в толпе заметили неважное состояние их одежды и оружия – даже пираты были вооружены лучше. Зеваки с Дасу, вместо того чтобы испугаться, пришли в возбуждение, предвкушая, что станут свидетелями настоящей бойни.

— Этот день навсегда войдет в легенды и в историю.

— Разве они не видят, насколько неравны силы?

— Просто удивительно, как глупы эти дикари!

— Неужто некоторые из этих варваров – женщины? Как жестоки, должно быть, их мужья и отцы!

Двинувшиеся в атаку льуку остановились как раз на дистанции выстрела лучников, ждавших приказа Ра Олу.

«Может, они вдруг осознали всю тщетность своего нападения?» – подумал Ра Олу. И отдал воздушным кораблям приказ снижаться и начинать бомбардировку.

Подобно тщательно разучившим номер танцорам, люди, отвечавшие за подачу газа в чреве кораблей, затянули канаты вокруг газовых мешков, чтобы уменьшить подъемную силу, а гребцы налегли на пернатые весла. Словно гигантские соколы-мингены, спускающиеся по спирали на добычу, сделанные из бамбука и шелка корабли перешли в пикирование. Солдаты в гондолах приготовили ведра с горящей смолой и, когда корабли оказались над строем варваров, открыли люки бомбовых отсеков.

Командиры льуку свистнули, и орда рассыпалась на отряды, человек по пятьдесят в каждом. Большинство тех, кто входил в эти отряды, присели на месте, тогда как стоящие по краям уткнули палицы в землю наподобие копий. Сидящие на корточках варвары помогли развернуть и растянуть у них над головами полотнища из какого-то неизвестного материала – явно из того же самого, из которого были сделаны их жилища. Полотнища крепились к воткнутым в землю палицам. Создавалось такое впечатление, будто над каждой из групп воинов-дикарей вдруг возник шатер.

Предосторожность эта выглядела тщетной – материал казался настолько тонким и легким, что почти просвечивал насквозь; огненные бомбы наверняка разорвут его в клочья.

Смоляные бомбы обрушились на укрытия и взорвались. Несколько бомб упали на землю рядом с палатками и забрызгали горящей смолой открытые ноги и туловища воинов льуку, находившихся по краям групп. Те заорали, завыли, побросали палицы и стали кататься по земле, но ближайшие к ним товарищи приняли на себя их обязанность держать палицы и не дали тентам упасть.

По мере того как шипящая смола прожигала кожу и впивалась в плоть, жалобные крики становились громче, а затем ослабевали, ибо мечущиеся и размахивающие руками фигуры постепенно останавливались и падали без движения.

Солдаты Дара и зрители разразились криками. Картина бойни оказалась даже более захватывающей, чем они ожидали.

Но очень быстро восторженные вопли зевак перешли в возгласы изумления.

Взорвавшиеся на растянутых поверх голов варваров полотнищах смоляные бомбы превратили временные укрытия в озера пылающей лавы, но каким-то образом тонкий материал выдержал. Шипящая и дымящаяся смола ярким пламенем горела поверх шатров, но не могла заставить загореться саму кожу, из которой они были сделаны. Воины льуку, располагавшиеся ближе к центру укрытий, принялись ритмично поднимать и опускать палицы, и по поверхности каждого шатра побежали волны, как по морю. Гонимая этими волнами, большая часть горящей смолы покатилась по тентам и, не причинив им вреда, слилась на землю.