Книга Стена Бурь, страница 151 – Кен Лю

— Я первый раскрыл предательство Куни Гару на перевале Токо, – заявил один из них, величавший себя Дору Солофи, королем Южной Гэфики.

Когда Мота признался, что даже не слыхал про такого, Солофи принял оскорбленный вид.

— А ты в самом деле знал Гегемона? – с сомнением спросил молодой человек.

Солофи хмыкнул:

— Ну и времечко настало: какой-то юнец подвергает короля допросу.

— Любой мошенник может сказать, будто был знаком с Матой Цзинду, – возразил Мота. – Я и сам играл в Гегемона, когда был маленьким.

— Ладно, я предъявлю тебе доказательство, – проговорил второй, смуглый и жилистый мужчина, представившийся как Нода Ми. Откуда-то из глубины пещеры он достал длинный нефритовый брусок, покрытый затейливым резным рисунком. – Это печать Центральной Гэфики – государства Тиро, которое Гегемон создал для меня.

Мота внимательно оглядел нефритовый брусок. Хотя читать логограммы ано он не умел, но ясно было, что вещь эта очень ценная и сработана искусно. Он допустил, что эти двое и впрямь могут оказаться аристократами или, на худой конец, пиратами или разбойниками, укравшими этот артефакт.

— Коли вы действительно были королями Тиро, то как же оказались в этой пещере, не в состоянии даже заплатить за еду, которую я вам ношу?

— Мы не за тем позвали тебя сюда, чтобы толковать про еду и деньги! – отрезал Дору Солофи. – Я обратил внимание, что ты с интересом наблюдал за представлением танцевальной труппы в честь Гегемона, и подумал: вдруг ты захочешь послужить ему снова?

— Не пойму, о чем вы толкуете? Моя семья и так уже почитает Гегемона. Мы не только посещаем раз в год мавзолей в Фаруне, но и построили у себя за домом частное святилище…

— Это не служба, – раздраженно перебил юношу Солофи. – Желаешь ли ты сражаться за него?

Мота попятился на пару шагов.

— Эти разговоры попахивают изменой! Я не хочу вступать в заговор против императора, который с уважением относится к памяти Гегемона.

— А что, если Гегемон сам скажет, что твой долг отомстить за него? – поинтересовался Нода Ми, и глаза его холодно блеснули.

— Ч-что вы имеете в виду? – Вопреки жаре, спина у Моты покрылась холодным потом.

Нода пошел в глубину пещеры, где через трещину в потолке единственный яркий луч света падал на естественный выступ. Он преклонил колени перед этим выступом, как перед алтарем, извлек шелковый сверток и благоговейно развернул его.

— Подойди, – велел Нода, махнув юноше. – Загляни в него.

Робея, Мота подошел поближе и взял зеркало. Оно было сделано из бронзы, очень тяжелое. Тыльную его часть украшал рельеф, и при свете солнечного луча молодой человек увидел, что он представляет собой фигуру Гегемона. Тот стоял, повернувшись спиной, высокий и сильный, держа На-ароэнну в правой руке, а Кровавую Пасть в левой, причем и меч, и палица были направлены в землю. Мота перевернул зеркало и посмотрел на гладкую, до блеска отполированную поверхность. И узрел лишь свое собственное изображение. Ничего необычного.

— Ну и что? Знаешь, сколько я таких зеркал встречал! – сказал Мота. – Это, правда, получше сделано, чем у моей матери…

— Тихо! – скомандовал Нода Ми. – Вот, смотри.

Он подставил зеркало под луч света и крутил его до тех пор, пока отражение, уже гораздо более крупным пятном, не упало на противоположную стену.