Книга Пустующий трон, страница 524 – Кен Лю

— Ковать железо и сталь, – продолжила Дзоми, – изготавливать кольца и чешую для доспехов, перевозить грузы через пустоши…

«Я хочу, чтобы ты подобрала для меня талантливых мужчин и женщин», – вспомнилась ей просьба младшего брата Тэры.

Секретарь предусмотрительности резко остановилась. Неужели по чистой случайности она нашла тех самых людей, что нужны Фиро?

Письмо Фиро доставило ей немало забот. Дзоми сочувствовала юному императору, поставленному в безвыходное положение, и хотела, чтобы императрица перестала сюсюкать с льуку, но просьбы Фиро граничили с государственной изменой. Дзоми просто не могла их выполнить. Логика Джиа была безупречна: ее система работала, Дара при ней процветал, как никогда прежде. Талантливые специалисты должны были служить трону, а не частной армии, созданной этому трону в противовес, пусть и ради достижения справедливой цели. Поэтому Дзоми отогнала навязчивые мысли. И сказала:

— Мой учитель Луан Цзиаджи сравнивал инженерию с поэзией. Ваши достижения олицетворяют совершенно новую веху механической поэзии. Технология, позволяющая записывать движения мастера и в точности воспроизводить их, сравнима с изобретением письменности для записи мимолетных слов и ничуть не менее важна!

— Никогда не думала, что это нечто… столь грандиозное. – От захватывающих фантазий Дзоми у Рати Йеры голова пошла кругом. – Мы простые люди, испытывающие неодолимую тягу к знаниям.

Обуреваемая идеями, Дзоми поочередно обсудила с каждым членом банды их изобретения: юридические и сыщицкие уловки Види, позволявшие бедным получить защиту от богатых; представления Ароны и Моты, которые одновременно развлекали и просвещали, сродни искусству консорта Рисаны; механические чудеса Рати, шедшие в ногу с творениями академий, но при этом выходящие за рамки привычных технологий.

Помимо разведки и контрразведки, обязанностью секретаря предусмотрительности было выявление талантливых людей и привлечение их на службу Дому Одуванчика и народу Дара. Осознав, что только счастливый случай свел ее с Цветочной бандой, Дзоми испытывала одновременно радость и негодование.

— Вам всем следует работать в Императорской академии или лаборатории либо в государственном суде! – восклицала она. – Почему такие талантливые люди скрываются, будто жемчужины на дне морском?

— Предлагаете нам сдать имперские экзамены? – парировала Арона.

Дзоми подумала, что догадывается, по какой причине актриса не хочет этого. И пояснила:

— Теперь на экзамене больше не требуется знать логограммы. Вы можете писать буквами зиндари…

— Это еще что за домыслы?! – краснея, возмутилась Арона. – Секретарь Кидосу, да будет вам известно, что я прекрасно умею читать и писать, а о древнем театре знаю побольше ваших фироа. Меня просто не волнуют слова мудрецов.

— А я получил ранг токо давиджи, – добавил Види. – Но у меня нет ни малейшего желания продвигаться выше. Скучно писать сочинения, полные воды. Лучше применять писчий нож и острый язык на практике, помогая клиентам.

— Если вам не нравится формат экзаменов, – не унималась Дзоми, – мы можем его изменить. Вносите свои предложения! Хотя мне больше не позволено вмешиваться в экзаменационный процесс, могу передать ваши идеи ответственным за это людям. Вместо сочинений на общие темы можно, например, проверять познания в конкретных науках, таких как математика или механика. Либо же писать о своих увлечениях и реальных проблемах, решенных вами…