Книга Пустующий трон, страница 341 – Кен Лю

— Сколько, по вашей оценке, стоит этот набор дзамаки?

— Э-э-э… мой друг – весьма уважаемый антиквар, он не станет перепродавать набор. Поэтому… скажем, пять серебряных монет?

— Замечательно! – воскликнула она, хлопнув в ладоши. – У меня в жизни есть одно правило: никогда не брать и не давать в долг. Стоило один раз ему не последовать, и видите, как меня облапошил этот мошенник? Пять серебряных покроют и мой обед, и обед этого негодяя. Отдам набор подавальщикам и уйду отсюда с чистой совестью!

— Постойте! Не надо…

Но было поздно. Посетительница уже позвала Лодан и Кинри.

— Этот господин уверяет, что мой набор дзамаки стоит пять серебряных. Могу ли я оставить его вам в уплату долга?

— Конечно, госпожа, – кивнула Лодан.

Пока Тифан стоял, разинув рот от того, сколь непредвиденный оборот приняли события, женщина подбежала к нему, отвесила поклон джири и помчалась к лестнице, как перелетная гусыня в теплые края. Поравнявшись с Лодан, она поклонилась и ей, а старшая подавальщица поклонилась в ответ. Кинри тоже отвесил гостье поклон. Женщина улыбнулась ему, и он заметил, как она незаметно передала что-то Лодан, а та спрятала это в рукаве.

Миг спустя посетительница покинула ресторан.

Тифан закрыл наконец рот и повернулся к Лодан.

— Думаю, деньги будут вам полезнее, чем какой-то дурацкий игровой набор. Готов дать три серебряных.

Лодан стояла к нему спиной и как будто что-то рассматривала.

— Я думала, он стоит пять, – обернувшись, хмуро ответила она.

— Мы с вами деловые люди; разумеется, вы понимаете, что мне нужно получить прибыль. Но так и быть; за ваше сегодняшнее обслуживание я великодушно поступлюсь прибылью и заплачу вам пять серебряных.

— Думаю, нам не стоит пока расставаться с этим набором. – Лодан помотала головой. – А вдруг владелец вернется? У «Великолепной вазы» репутация респектабельного заведения. Что будет, если пойдут слухи, будто у нас тут обстряпывают темные делишки?

— К слову, о темных делишках, – мрачно произнес Тифан. – Что, если я по всему Гинпену раструблю о том, как неудачно у вас отобедал?

— О, господин Хуто, мы будем рады услышать ваш публичный отзыв.

Тифан опешил:

— Но откуда… я ведь не представился…

— Кто не знает печать клана Хуто? – Лодан достала из рукава маленькую шкатулку.

На крышке были отчетливо вырезаны логограммы, составляющие имя Хуто.

Подавальщица открыла шкатулку. Кинри наклонил голову и увидел, что она полна червей, кусочков гнилого лука, волос, дохлых мух…

— Вот, значит, где вы хранили мусор, который подбрасывали в нашу еду! – воскликнул он.

Глаза Тифана стали размером с пивные кружки.

— Не желаете прогуляться к магистрату? – спросила Лодан уже отнюдь не беззаботным тоном.

Тифан проклинал себя за небрежность. Либо он обронил шкатулку, когда торопился к антиквару, либо ее украл кто-то из подавальщиков. Но, как говорится, снявши голову, по волосам не плачут.

— Ума не приложу, где вы взяли мою шкатулку с… э-э-э… народными лекарствами, – натянув на лицо улыбку, процедил он сквозь зубы. – Сегодняшний день – одно сплошное недоразумение. Давайте забудем наши взаимные претензии. Я заплачу вам за набор дзамаки один золотой.

— Всего лишь один? Но, господин Хуто, вы же деловой человек. Разумеется, вы понимаете, что нам нужно получить прибыль?