Книга Пустующий трон, страница 169 – Кен Лю

Цивилизация Дара напоминала гобелен, сотканный из тысячи литературных, живописных, музыкальных, философских, религиозных и фольклорных традиций, и все дети в империи росли подобно креветкам на коралловом рифе, без каких-либо усилий впитывая окружающие образы и звуки. Здесь, в этой бедной, истощенной стране, Тэре приходилось показывать сыновьям каждую ниточку в отдельности, и если они не понимали, что значит быть наследниками многообразной красоты Дара, то винить в этом Тэра могла только себя.

— Ладно. Вы не виноваты, что не знаете. Но вам все равно нужно усерднее учиться. Хватит уже играть. Вставайте.

Мальчики неохотно прекратили возню.

— Сейчас покажу подробнее, как работает эта загадка. Кунило-тика, принеси свой набор логограмм.

Танто пришел в замешательство.

— Последний раз с ним Рокири играл, – оживившись, ответил он спустя некоторое время.

Под нетерпеливым материнским взором Джиан-тика принялся рыться в корзине с игрушками, стоявшей у циновки. Наконец он торжественно выудил кожаный мешочек и принес его к обеденному ковру.

Тэра развязала веревочку и высыпала содержимое мешочка на ковер. Все сразу заметили, что в наборе недостает многих символов.

Для обучения детей основам письменности ано в Дара использовали специальные фигурки в виде корней, обстоятельственных и фонетических модификаторов и глифов-окончаний. Складывая из этих фигурок простенькие и средней сложности логограммы, дети постигали, как устроена система письменности ано, и усваивали ее принципы. Поти Маджи, знаменитый моралист и теоретик образования, считал, что играть с фигурками особенно полезно, потому что они предоставляют конкретный, осязаемый доступ к мудрости древних ано. Так, например, используя корень «крыша», чтобы сложить логограмму «дом», и вставляя корень «сердце» в вежливую форму слова «ты», ребенок в ритуальной форме воспроизводит отношения, на которых строится общество Дара.

Даже взрослые ученые нередко держали при себе такие игровые наборы, чтобы расслабиться после работы или учебы. В богатых семьях у детей были фигурки из дорогих материалов вроде нефрита или коралла, у достаточно обеспеченных – из фарфора или сандалового дерева. Для своих детей Тэра изготовила фигурки из обожженной глины, потратив на это редкий выходной день. Увидев, что от набора осталась лишь горстка символов, она почувствовала себя так, будто ее ударили по лицу.

— Где остальные фигуры? – осведомилась она таким тоном, что детям сразу стало понятно: с матерью шутки плохи.

Танто и Рокири переглянулись, но ни один из них не решался ответить.

— Говорите правду, – велела Тэра. – Мама не будет сердиться.

Мальчики были еще слишком малы, чтобы понимать подвох, таящийся за такими обещаниями.

— Некоторые фигуры разбились, когда Джиан-тика складывал из них высоченную башню, – ответил Танто.

— А другие? – переведя дух, уточнила Тэра.

— Кунило-тика отдал их Налу, – выдал брата Рокири.

— Налу попросил их, чтобы научиться писать? – спросила женщина с надеждой в сердце.

Если у кого-то из детей агонов проснулся интерес к письму, она готова была вернуться к плану по созданию для них школы.

— Э… вообще-то, нет, – признался старший сын. – Мы брали у него арукуро токуа, чтобы поиграть, а в обмен отдали фигурки.

— Вы обменяли логограммы на какие-то кости?!