Онлайн книга «Говорящие кости»
|
Наконец наступила тишина. Демонические охотничьи копья, покончив с последней добычей, прекратили визжать. Яркие факелы запылали повсюду на берегу, над волнами поплыло эхо торжествующих возгласов. В неясном свете этих факелов было видно, как идут на взлет вражеские гаринафины. Льуку на городах-кораблях были слишком ошеломлены, чтобы даже пошевелиться. — Вотан! – Нода Ми опустился перед ней на колени, дрожа всем телом как осенний лист. – Ка… какие будут с вашей стороны приказания? Словно бы очнувшись ото сна, Гозтан произнесла усталым, безжизненным голосом: — Приготовьте Сафина. Сафин, личный скакун Гозтан, был так стар, что его белая некогда шкура покрылась пятнами и потрескалась, словно земля на иссушенных ветрами полях острова Руи. Удивительно, как он вообще дожил до столь преклонных лет. В свое время его захватили в экспедицию не в качестве боевого гаринафина, но чтобы он успокаивал своим присутствием молодых. У степняков не принято было сражаться на пожилых скакунах, ну, если только в самом крайнем случае. Хотя минуло много лет с того дня, как на него в последний раз надевали боевую сбрую, Сафин не выказал ни малейших колебаний, когда Гозтан села в седло и приложила рупор к основанию его шеи. — Вновь пришло твое время сражаться, – сказала она. – Ну что, дружище, тряхнем стариной? С немалым усилием Сафин взлетел и стал по спирали набирать высоту. Воины внизу подняли факелы, освещая ему путь. Приближающиеся гаринафины дара и их всадники слегка растерялись, не зная, как им себя вести с этим летящим навстречу одиноким зверем. Они видели, что на нем только один наездник, без команды. Более того, животное было в наморднике и не могло изрыгать огонь. Гозтан раскинула руки в стороны и раскрыла ладони, демонстрируя, что у нее нет оружия. Она явно собиралась вступить в переговоры. Всадники-дара позволили женщине приблизиться настолько, что стало видно ее лицо, на котором застыло выражение бесстрашия и решимости. — Меня зовут Гозтан Рьото, я дочь Дайу Рьото, сына Пэфира Вагапэ. Я служу пэкьу как тан-гаринафин Пяти племен Рога. Я командую войском Укьу-Тааса. Передайте вашему императору, пусть он придет и встретится со мной, если не боится. — Это уловка, – сказал Пума Йему. – Льуку деморализованы, выхода у них нет. Нам следует воспользоваться преимуществом и уничтожить их раз и навсегда. Однако молодой император выглядел задумчивым. На протяжении всего этого долгого дня он чувствовал себя одинокой шлюпкой посреди бурного моря: то взлетал на высокой, словно гора, волне надежды, то погружался в мрачную пучину отчаяния. Восторг обуревал Фиро при виде того, как идеально сработал план с отвлекающими воздушными кораблями и орнитоптерами. Печаль пронзала его сердце при виде гибели Тана Каруконо и воздухоплавателей. Молодой император пережил приступ жгучей ярости, толкнувший его на необдуманное решение бросить все силы в бойню. Он испытал бессильный ужас при виде того, как его гаринафины и всадники гибнут от рук более опытных льуку. Холодная решимость, броней окутавшая сердце Фиро, позволила ему расчетливо приносить своих людей в жертву, затягивая битву до темноты, чтобы можно было пустить в ход «подсолнухи»… — «Подсолнухов» у нас больше нет, – напирал Пума Йему. – Ренга, теперь не время колебаться. |