Онлайн книга «Говорящие кости»
|
Но что это был за портрет! Выполненная исключительно в оттенках черного и серого фигура Рисаны была нарисована лишь абстрактными штрихами, а не четко выписанными, точными линиями, характерными для художников, упражнявшихся с затемненной комнатой и следовавших формальной модели живописи. Левое плечо Рисаны было обозначено черным пунктиром, три коротких завитка обрисовывали овал лица, череда волнистых серебристых полос заполняла остальное, смутно изображенное тело, а два длинных спиральных вихря, легких, как дымный след, намекали на движение ее знаменитых длинных рукавов в танце. В целом произведение сие напоминало одновременно созданные госпожой Мирой абстрактные портреты Гегемона и собственный уникальный стиль дымной магии Рисаны. Разумеется, то была работа принцессы Фары, сделавшей подарок старшему брату, когда они были помладше. Фиро держал портрет у себя в комнате и каждый день плакал перед ним. Когда слуги сообщили об этом Джиа, та расхвалила портрет и распорядилась изъять его из комнаты юного императора, чтобы повесить здесь, заменив им заказанную лично ею довольно вычурную мемориальную статую из золота и слоновой кости. После этого случая Фиро несколько месяцев не разговаривал с государыней-тетушкой. Императрица дочитала последний свиток и заметила: — Пусть эти петиции подписаны разными людьми, но приведенные в них доводы указывают на весьма примечательное единство. Кого Йелу слегка поклонился. И подтвердил: — Члены Коллегии адвокатов работают сообща. Джиа невесело хмыкнула: — Кто-то явно подпитывает их аргументами. Некий лукавый законник, которому нравится в поисках хитроумных юридических зацепок рыться в пыльных, изъеденных червяками манускриптах. — Прецедент, созданный Ютефадой из Аму, может иметь силу закона, – произнес Кого ровным тоном. — Нет такого понятия как «закон», когда речь идет об отношениях между государствами, – заявила Джиа, и в голосе ее послышалась резкая нотка. – Все, что в данном случае имеет значение, – это сила. Думаешь, льуку есть дело до каких-то там «прецедентов», созданных мелкими государствами Тиро? Договор подписан – конец дебатам. — Льуку-то, может, дела и нет, – промолвил премьер-министр гладким, как поверхность воды, голосом, – но вот Двору Одуванчика есть. Часть министров и все генералы склоняются к мнению, что поскольку договор не был доставлен в Крифи, то дебаты продолжаются. — Ну и какой прок спорить дальше? – Джиа вздохнула. – Мы уже выслушали все, что стоило услышать. Дискуссия закончена. — Но только не для тех, кто принимает в расчет новый довод. – Он кивнул на кипу свитков. — Нет там никаких новых доводов. Большинство петиций вращается вокруг одной темы: желание меньшинства жить в мире и спокойствии не должно перевешивать стремления большинства к справедливости. Это не более чем лукавый способ исказить мои слова и облечь старый аргумент в новые одежды. — Однако ныне этот аргумент снискал невиданную прежде поддержку, – заметил Кого. – Народ бурлит. Адвокаты живо описывают масштаб и накал протестов, остановивших в Гинпене принцессу Айю. — Эта глупая девчонка сама во всем виновата! – отрезала Джиа. – С чего ей вдруг приспичило маршировать по улицам Гинпена, словно она вернулась из победоносного похода? Ясное дело, она превратила себя в удобную мишень, подходящую жертву для политической драмы. Надо было действовать неприметно, под покровом тайны… |