Книга Говорящие кости, страница 113 – Кен Лю

Кудьу обдумал слова Тово. «Пэкьу должен уметь отличать истинные истории от ложных», – говаривал, помнится, его отец. Кудьу подозревал, что рассказ тана приукрашен, как и множество иных донесений о битвах: так уж издавна повелось. Но содержится ли в нем хотя бы зерно истины?

Он смежил веки и представил картину происходящего: вот мятежники сломя голову убегают по покрытому льдом морю, тщетно ища приюта в краю снегов; потом понимают, что убежища здесь не найти, они лишь ненадолго отсрочили смерть; а уж когда вождь умирает у них на глазах, сердцами всех овладевает отчаяние.

Что ж, в целом история выглядит правдоподобно. Но можно ли быть уверенным? Хотя Тово верно следовал за ним все эти годы, знает ли он, какого цвета сердце у этого человека?

— Нужно вскрыть погребальные ящики, – решил Кудьу.

— Зачем? – вскинулся Тово. При мысли, что эти жуткие коробки придется открывать, волосы у него на затылке встали дыбом. – Если глупцы решили надругаться над своими телами, то с какой стати нам вмешиваться?

— Ради доказательств, – пояснил Кудьу, хищно прищурившись.

Тово понял, что тот имеет в виду. Пэкьу всегда был человеком подозрительным, а истории, которыми потчевал его Тово, вполне ожидаемо пробудили в нем сомнения. Теперь Кудьу не оставит Укьу и не отправится в экспедицию к берегам Дара, пока не подержит в руках череп Таквала.

Кудьу подошел к ящику с портретом Таквала и собирался уже обрушить на крышку топор, но остановился. Ему вспомнилось, что ящики были подозрительно тяжелыми.

«А что, если там не только трупы?»

Он решил не спешить: какой смысл подвергаться ненужному риску? И посмотрел на Тово, который поежился под колючим взглядом правителя.

Кудьу улыбнулся:

— Я не собираюсь лишать тебя чести лично предъявить доказательства с таким трудом добытой на севере победы.

Тово заскрежетал зубами. Он не смел признаться, что сражение за ледяной форт вселило в него страх перед магией варваров. Стоны воинов, умирающих от гнойных ран, вызванных заколдованным зловонным кипятком, до сих пор преследуют его во сне. Какие злые духи скрываются в этих погребальных ящиках? Не способны ли пэкьу агонов и принцесса Дара устроить им сейчас ловушку, грозящую новыми смертями?

— Эти мятежники сдохли, Тово, – сказал Кудьу, и в голосе его прорезалась жесткая нотка. – У мертвых нет власти над живыми, особенно у варваров, не верящих в истинных богов. Ты ведь собственными глазами видел, как они умерли, правда? Или на самом деле все было не так и ты собираешься изложить мне очередную версию событий? Нет? Ну, тогда тебе нечего бояться!

Тово понимал, что пути назад нет, и покорно кивнул:

— Спасибо, пэкьу, что оказал мне эту высокую честь.

Кудьу отвел окружавшую их толпу любопытных на пару сотен шагов, пока они не оказались в безопасности от любой из ловушек дара. Кроме того, пэкьу предусмотрительно призвал шаманов. Нанеся порезы на ладони, они каплями крови воздвигли преграду на случай, если появятся злые духи: вдруг рассказ Тово о мощном колдовстве дара окажется правдой.

И только потом Кудьу крикнул тану, в одиночестве стоявшему среди мрачных погребальных ящиков:

— Открывай!

Тово подошел к ближайшему из тех черных ящиков, что были поменьше, рассудив, что с него начинать безопаснее, чем с больших.