Книга Зловещие топи, страница 329 – Виолетта Орлова

— Вовсе нет, никто не собирается лишать вас жизни!

Даниел тяжело вздохнул и с укором посмотрел на Оделян, словно осуждая за легкомыслие и недальновидность.

— Понимаю, ты хочешь утешить меня, но я-то очень хорошо знаю, что добром это не кончится.

Оделян подошла к Даниелу и осторожно принялась массировать ему руки, которые совершенно онемели от веревок.

— Так должно быть лучше, – почти ласково сказала она, с волнением вглядываясь в лицо печального юноши. К ее совершенному удивлению, тот вдруг растянул губы в шаловливой улыбке.

— Говорят, девушки не терпят пессимистов. Кажется, это неверное суждение, – насмешливо произнес Дан, а его лицо выглядело таким веселым, что и суровая воительница Оделян не смогла сдержать улыбки.

— Так ты пессимист?

— Я бы сказал, пессимист с оптимистичным уклоном. Я точно знаю, что умру, но верю, что это не самый печальный исход, – с улыбкой ответил Даниел.

— Ты очень нравишься мне, – с присущей ей прямотой сказала тогда Оделян. – Ты поступил благородно, вступившись за свою девушку. У тебя не было оружия, и, помимо прочего, я вижу, ты ничегошеньки не смыслишь в боях. Движения твои неуклюжи, ты не знаешь, как блокировать удары, более того, я кожей ощутила твой страх, какой одолевает лишь новичков. Но, несмотря на это, ты все же решился с голыми руками противостоять смертельному оружию… Даниел, ты настоящий храбрец и благородный человек!

Эти слова были сказаны столь серьезно и с таким важным апломбом, что храбрый сын академиков немного смутился. Все-таки не каждый день ему делали комплименты хорошенькие девушки.

— И мне ужасно не хочется, чтобы тебя допрашивала та тяжеловесная скотина. Как жаль, что ты из Беру, а не из другого места.

Даниел пожал плечами и философски изрек:

— Мы оттуда, откуда есть, ни больше, ни меньше. Вообще-то я ему уже все рассказал. Я учусь в Троссард-Холле. Летел в школу на единорогах, но когда перелетал Ту-что-примыкает-к-лесу, они подстрелили перевозчиков и вот… Я здесь.

— Ты умолчал, что с тобой твоя девушка. Хотя я прекрасно знаю, что другой на твоем месте признался бы в первую секунду начала допроса. Это тоже говорит о тебе с хорошей стороны.

— Диана вовсе не моя девушка, – по инерции возразил Даниел. – Я поклялся своему другу Артуру, что буду ее защищать, – с некоторой долей хвастовства изрек юноша и тут же прикусил язык, ругая себя за излишнюю болтливость. В самом деле, стоило ли это рассказывать незнакомке?

Оделян отреагировала на его слова как-то странно: выпрямилась, а на устах ее сверкнула гневная усмешка.

— Я знала одного человека с этим именем. Большего подлеца мне не приходилось встречать в своей жизни.

— Тогда это вовсе не тот Артур, – с жаром возразил Даниел, и попытался привстать на связанных ногах, но вместо этого лишь завалился к каменной стене, больно ударившись затылком о стеллаж с бутылями. – Что же это! – в негодовании воскликнул он. – Хоть когда-нибудь может все закончиться хорошо?!

— А что случилось с твоим другом?

— Его несправедливо осудили в Беру и отправили в исправительную колонию. Доргейм-штрассе, так, кажется она называется. Только он невиновен и не должен там находиться! – с горечью промолвил Даниел, почти воочию увидев своего друга. – Этот человек заслуживает лучшего. Почестей, признаний, славы… Хотя нет, пустое, Артур заслуживает любви. Но мне теперь кажется, что чем лучше человек, тем хуже к нему относится этот мир.