Книга Дурная кровь, страница 122 – Андрей Никонов

— Обыскать, – бросил он.

Молчун подошёл к Павлу, жестом предложил поднять руки, забрал пистолеты и коммуникатор, положил на стол перед Рафаэлем.

— Он чист, больше ничего нет, – сказал он.

Мужчина повернулся. В комнате стало гораздо светлее.

— Знаешь меня? – спросил он.

Веласкес кивнул. Лицо Эйтора Гомеша часто мелькало на экране, новый начальник полиции Верхнего города любил публичность. И вот такие театральные жесты.

— Я – капитан Гомеш, – тем не менее сказал он. – Сеньор Гурковский сказал, что ты ищешь убийцу Стеллы Марковиц и вынюхиваешь, почему эту парочку прикончили, так? С чего вдруг тебе это нужно?

— Он был не один, – вылез Молчун.

— Заткнись, – Эйтор опёрся кулаками о стол. – Рафо!

Молчун убивал людей не один десяток лет. Он мог точно сказать, когда его противник выхватит ствол, как жертва будет сопротивляться, что ждать от обычного ножа, какой яд лучше подходит для пива или содовой. Он не знал, хороший перед ним человек или так, дерьмо, ему было на это наплевать, зато он точно знал, что шансов против него у других немного. Как бы человек себя ни контролировал, подёргивание лицевых мышц, замерший взгляд, сотни других признаков указывали на то, что он готовится напасть. Карл успевал подготовиться и ударить первым, даже если противников было несколько. Молчун почти среагировал на Рафаэля, скорее даже на имя, произнесённое капитаном, вывернул кисть, чтобы выстрелить, не поднимая руки, но, когда палец дотянулся до спускового рычажка, он был уже мёртв, четыре пули вошли в глаза и надбровья. Тело отшвырнуло к стене, Карл раскинул руки и свалился на правый бок, то, что осталось от его глазниц, смотрело прямо на убийцу.

— Карл Гурковски, – насмешливо произнёс Эйтор, – за ним столько трупов, что эту комнату можно заполнить, хотя ты-то точно об этом знаешь, вы вместе работали на Карпова. Дядя Джакомо не любит, когда кто-то уходит из бизнеса. Садись.

Он кивнул в сторону стула. Павел не стал спорить, уселся, Рафаэль встал позади, наставив пистолет в затылок.

— Держи руки на виду, чтобы я видел твой браслет. Это будет последний репортаж в твоей жизни… – Гомеш, казалось, наслаждался ситуацией. – Ты хотел узнать, кто убил безобидную старушку Стеллу? Он стоит за тобой. Это ведь было несложно, да, Рафо? Сеньор Кастро и тебя пристрелит, прямо в голову, потому что вы, твари, боитесь только одного – что вам продырявят мозг. Я помню одного такого мутанта, девушку… Хорошенькая брюнеточка, она так просила, чтобы я пощадил её, готова была на всё, знаешь, что я сделал? Я прострелил ей горло, чтобы эта мразь заткнулась, потом вырезал глаза, но она ещё дергалась, пришлось голову отрезать. Мы тогда славно поохотились, жаль, тебя там не было. Все вы, маги, слишком много о себе мните, пока не начнёшь выпускать кишки, а потом скулите, жалкие трусы.

— Ты похож на злодея из сериалов, Эйтор, – спокойно сказал Веласкес. – Такой же пафосный и нелепый.

Гомеш-младший вскочил, подошёл, примерился и ударил Павла в лицо. Сильно, уверенно, из носа хлынула кровь.

— Заткнись, – так же спокойно сказал он. – Я ненавижу магов, с детства. Знаешь, почему? У меня был младший брат, его звали так же, как и тебя – Паулу. Мой отец, он наплевал на свою семью ради одной шлюхи с северного побережья, бросил всё, я много лет считал, что он содержал её.