Онлайн книга «Относительность предопределенности»
|
Ерошин подумал, то сводя брови, то задирая их, словно визуализируя мыслительный процесс, и сказал: — Помнишь ту ночь, самую первую и самую-самую… Я тогда сказал – помнишь? – что хочу быть с тобой. А сегодня, чувствую, надо уточнить свои слова. Я хочу – и должен – быть с тобой всегда и везде! Оберегать тебя, охранять и спасать. Только не думай, что это порыв благородства! – усмехнулся он. – Скорее уж, пещерного эгоизма… Если ты однажды исчезнешь, мне будет очень трудно это пережить. Нет, я не умру от горя, но и жизнью то одинокое, бессмысленное существование не назовешь. Так, вялое, никчемушное дожитие… – Помолчав, Димон серьезно договорил: – Лея, мне нужен полный допуск. Чтобы прикрывать тебя во всех твоих миссиях и операциях, я должен стать офицером СБС. Поможешь? Тот же день, позже «Альфа» Ново-Щелково, ЭШИ «Китежград» В окружении бревенчатых теремов Лея ощущала себя будто в сказке. Куда ни глянь – крутые, «изгибистые» тесовые крыши, высокие крылечки на витых колоннах или узорчатые ставенки. И всё это не декорации, а давно обжитые дома, спортзалы да учебные корпуса! — Как в русской народной, да? – улыбнулась Марина Исаева. — Точно! – отзеркалила ее улыбку Гарина. – Тут Русью пахнет – деревом, хлебом… Чуете? — Чуете! – рассмеялась «Росита». – Дежурные по кухне сами караваи пекут… Только что коровок тут не держат! Молоко из «Гастронома» завозят… А вон там мы кубинцев поселили, вон, в том доме у башни. Видишь? — Чую! – хихикнула Лея. – Единственный дом, где печку топят! — Да-а! Мерзнут тропические жители! Зато восторгов сколько было… Настоящий снег! Сколько хочешь снега! – Исаева лукаво покосилась на агента «Рожкову». – У меня такое ощущение… Что-то хочешь спросить? — Скорее, попросить… – вздохнула Лея. – Марина Теодоровна… — Стоп! – сказала Марина Теодоровна с напускной строгостью. – Ты как зовешь нашего «Розенбома»? — Мишей, – заулыбалась «Рожкова». — Вот и ко мне изволь по имени обращаться! Это приказ. Ясно? — Так точно, Марина! – вытянулась стрункой Лея. – Понимаешь… Мы со «Стоун» и Тимом отлично сработались, но бывают ситуации, когда нам очень и очень нужен четвертый – постарше и поопытней. И такой четвертый есть – это Дима Ерошин. Ему наскучило семь лет просиживать по кабинетам и лабораториям, Димона тянет поработать «в поле». Он взрослый мужчина, бывалый, опытный, служил морпехом и… и вообще! — Последний довод – самый емкий, – улыбнулась Марина. – Хорошо, Леечка, мы подумаем над этим. Дима зарекомендовал себя исключительно с лучшей стороны, поэтому не думаю, что ему будет отказано. Я сегодня же направлю рапорт ее сиятельству. О, Борис Натанович… Борис Натанович! – громко воззвала она. Стругацкий, в своем сером пальто, ушанке и в теплых бурках удивительно походил на «Бывалого» из «Операции «Ы», разве что безусого. Но и очков директор ЭШИ давно не носил – излечился от близорукости еще лет пять назад, чем немало гордился. — Мариночка! Леечка! – завел Борис Натанович, сияя. – Здравствуйте! — Здрасьте! – ответно залучилась Лея. – А мы к вам! — Я обещала показать ей артефакты из «Дельты», – приятно улыбнулась «Росита». — О-о-о! Сам каждый день гляжу – и не могу наглядеться! Странный мир… Удивительный мир… Прошу! Стругацкий провел гостий в маленькую избушку, на мощной двери которой висел здоровенный амбарный замок. Он ржаво лязгнул, поддаваясь увесистому ключу. |