Книга По ту сторону барьера. Книга 1, страница 85 – Эмили Ли

— Создатель… – прошептала Лайя, приходя в ужас от контраста спокойного голоса эльфа и обреченности его слов.

— И этим Хранителем сейчас является Лоран. Она будет знать больше, чем кто-либо другой в городе. Чтобы знать, как исправить…

— Нужно понять причину, – закончила она за него слова Грегори и Лукаса.

Фенрис кивнул.

— Как узнал про Хранителя? – спустя время спросила Лайя.

— Тэруми, – коротко ответил он.

— Ого! А почему она тебе рассказала, а мне нет? – изумилась Лайя, оборачиваясь.

Фенрис пожал плечами, а потом окликнул ближайшего дозорного, предупреждая, что оставит на некоторое время свой пост.

Аларик, что оказывается следил за Лайей, ждал их недалеко. Он молча проводил их к дому Лоран, сам тоже зашел внутрь. Лайя с удивлением отметила, что комната Лоран отличалась размером и убранством от того, что уже успела увидеть ранее. Положение Главы всё же имело и такой плюс.

Светлая ведьма сидела на стуле у стены и смотрела перед собой. На появление в доме посторонних она никак не отреагировала. Аларик присел у нее, взял за руку и ласково проговорил:

— Мама, это я.

Женщина не заметила ни сына, ни его прикосновения. Лицо, спрятанное за маской, за время душевной болезни стало ещё более худым. Глаза впали, а губы утратили цвет. Некогда волевая и сильная женщина превратилась в собственную тень. Аларик отошел за неё, внимательно следя за приближением эльфа. Сначала он хотел пригрозить, что убьет эльфа, если тот посмеет навредить матери, но потом сдержался и просто замер, почти не дыша и надеясь на чудо.

Фенрис остановился возле Лоран и чуть пошевелил кистью, вызывая снежинки. Магия сразу же отозвалась и украсила обе его руки линиями. След от магии ведьма уловила нутром и вздрогнула, а потом её глаза нашли серебристые линии на бледной коже эльфа. Фенрис закрепил результат и ещё раз призвал холод. Снежный поток легко коснулся щек женщины. Лоран подалась вперед, взяла его руку, коснулась губами магических линий, а потом развернула и прижала его ладонь к своей щеке. Глаза устало закрылись, скрывая живущую там боль, по щекам потекли слезы.

— Прости меня, – прошептала Лоран. Грудь часто вздымалась, не справляясь с душившими её рыданиями. – Я растерялась… испугалась… если бы я тогда держала тебя за руку… если бы… – Она вдруг открыла глаза и посмотрела на Фенриса. Вот только отраженная в её глазах любовь, подсказала, что видела она не его. – Ты простишь меня? – Фенрис молчал, и это вызывало у Лоран страх. Она сильнее сжала его руку, прижимая к своей щеке, боясь, что он исчезнет. – Скажи, что прощаешь меня…

Аларику было невыносимо видеть мать в таком состоянии – он умоляющее посмотрел на Фенриса.

— Ты не виновата, – наконец тихо проговорил Фенрис.

Лоран всхлипнула и снова закрыла глаза, повернула голову, целуя ладонь эльфа.

— Я по тебе так сильно скучаю… Не уходи… Прошу… Останься…

— Я всегда буду рядом, в твоем сердце, – прошептал Фенрис.

— Спасибо, – с улыбкой сказала она.

— Тебе нужно вернуться. Ты нужна сыну, – уже строже произнес он.

— Он вырос хорошим человеком. Ты бы гордился им, – с нежностью проговорила Лоран.

Она задышала глубже, постепенно успокаиваясь, а потом шумно выдохнула и открыла глаза. Любовь в её глазах стремительно сменилась пониманием. Лоран дернулась и оттолкнула руку эльфа. Смущение за недавнее поведение не испытывала, но посчитала нужным объясниться: