Книга Карлов, страница 60 – Степан Мазур

— Чёрт побери, высокий уровень радиации! Облачаемся в костюмы радиационной защиты! Немедленно! Это настоящая радиационная баня, а у нас нет ни одного радиопротектора.

— Давайте я сяду за руль.

— Какая разница? Это комплексы полной радиационной защиты! Черта с два мы облачимся в них в столь замкнутом пространстве полностью, — заметил учёный. — Но сначала одеваем нижнее белье, носки и комбинезон из комплекта. Надо свести открытую поверхность кожи к минимальному взаимодействию с пылью снаружи. Затем я встану перед дверью и покажу вам последовательность облачения основного костюма. Вы помогаете мне. Я вам. Начинаем с ног, с сапог. Запоминайте каждую деталь. Речь идёт о минутах снаружи. Вы слышите?

— Я понял.

Как же неудобно одевать новый, слежавшийся комплект. Едва залез в костюм ногами, как академик открыл дверь и прямо в противогазе вылез наружу.

Процесс облачения был пытливым, и в основном состоял из фиксации на теле всех частей дыхательного аппарата, кроме маски.

Игорь Данилович надел на себя внутренние перчатки, вдел руки в рукава и набросил костюм на плечи. В последнюю очередь он снял противогаз и надел защитную маску, шлем и капюшон, после чего я открыл дверь и застегнул ему костюм и повторил ту же процедуру.

Костюм весил как латы рыцаря. Только вместо брони были листы металла, а вместо шлема капюшон и маска. Как люди в этом работали, таская тяжести? Мне сложно было даже вернуться в салон.

— Вы уверены, что будете везти, Карлов?

— Да. Вам надо отдохнуть.

— На том свете отдохнём, если не выберемся из этого радоблака.

Вождение автомобиля превратилось в пытку. Сапоги с большой подошвой почти не позволяли ощущать педалей. Маска запотевала. Но ещё больше при усилившемся дожде и повышении влажности стали запотевать стекла в автомобиле из-за внутреннего воздухозабора, перепада температур и алкогольных паров, а также сырой одежды под ногами. Только самый мощный поток кондиционера давал небольшая полоску обзора водителю. Она стала как смотровая щель танкиста на первых танках.

— Но ездили же рыцари на конях. Чем наш стальной хуже? — поддержал Невельской. — Жмите, Карлов!

— Я мало что вижу. Можем улететь с трассы и врезаться во встречку.

— Если вас это беспокоит, поднимите глаза повыше!

Придвинулся к лобовому стеклу и тут же обомлел. В небе над автомобилем зависли десятки дронов. А БПЛА рядом кружили явно над нашим гибридным автомобилем.

— Я надеюсь, у них нет на борту ракет? — на всякий случай спросил я.

— Нет. Это разведывательные. Не военные. Те были бы цвета хаки или цвета неба. А эти синие, красные, белые. Максимум с камерами.

— Зачем они?

— Ноя послала за нами все надзорные службы, — объяснил Невельской. — Ей важно знать, где я. Она выжидает, анализирует.

— И что нам делать?

— Прибавьте скорости. Остальное доделает ветер и слабые аккумуляторы. Дроны работают уже сутки, если подумать. БПЛА тоже без дозаправки долго не протянут. Они на пределе, если не заряжались. А где им сейчас заряжаться, если большая часть мира обесточена?

Первыми сдались квадрокоптеры. Четыре пары лопастей оказались бессильны против мощных воздушных потоков. Затем за лес отнесло БПЛА. Мини-самолеты разведчики ослепли в низких тучах без поддержки спутников GPS, ГЛОНАСС и BeiDou. Управлять через камеры в условиях недостаточной видимости ими мог только тот, кто не дорожил аппаратами. Следом отстали и мульти-коптеры, где количество пар лопастей было от шести до двенадцати. Самые выносливые к ветру, самые глазастые благодаря подсветкам и фонарям, они так же были самыми прожорливыми для аккумуляторов.