Книга Регенерация, страница 104 – Степан Мазур

«Видимо, назад они уже не собирались».

Взявшись двумя руками за края дверного проёма, парень приподнялся и потянул в стороны. Будь лифт запитан, сработала бы система блокировки, и не помог бы и гидравлический домкрат, чтобы их открыть. Но без напряжения в лифтовой кабине дверки покорно, только с протяжным скрипом, разъехались в стороны.

Адмирал приготовился ощутить удар в челюсть, выстрел в грудь или даже летящий кирпич на голову, но вместо этого сделал свободно пару шагов на грязный талый снег. За ночь он покрылся ледяной коркой, а к полудню снова растает кашей. Дневные температуры уже стабильно выше нуля, но ночь ещё берет своё. Самая длительная, искусственная зима человечества никак не хотела отступать окончательно.

Парень, хромая, вышел из лифта, оглядываясь. В сумерках застыла пара планеров. Провода, что тянулись от них к внешней панели на шахте лифта, валялись под ногами. Один был подключен, второй нет. Приглядевшись, Зиновий понял, что провод пожёван. Следы острых зубов остались на резине. Это было хорошо видно даже в слабой подсветке ИМИИ. А пока рассматривал провода на земле, заметил рядом следы крови. Один след тянулся к планеру, второй уходил в лес.

Приблизившись к транспортнику, Зёма обнаружил откушенный палец. Фаланга была обглодана не менее острыми зубами, чем достались проводу.

«Псы погрызли?» — мелькнуло в голове: «Искателю делать такое ни к чему. Роботам чувство плоти и крови так же чуждо, как пчеле нюхать сапоги… похоже, страхующим досталось».

Зиновий распрямился во весь рост, вздохнул. Серая тень мелькнула где-то на периферии зрения. И тут в бок ударило. Молодой адмирал покатился по земле. Рычание заставило затрепетать сердце даже быстрее, чем, когда лез на поверхность последние метры.

«Волк!»

Клубок из сцепившихся человека и волка остановился на земле, когда Зёма оказался внизу. Клацанье зубов хищника раздалось у самого горла. Смрадное дыхание ударило в нос. Руки рефлекторно подняли зверя за морду, не давая перегрызть важные органы или впиться в лицо.

«В этом мире без антибиотиков подземелья столбняк не лечится. Так что зверю стоит лишь поцарапать. Отрезанный от Москва-сити, я буду обречён», — пронеслось в голове.

Волк на вытянутых руках принялся изо всех сил рыть задними лапами. Охотник пытался растерзать человеку живот. Чёрная саламандра жалобно заскрипела, острые когти шкрябали её без пощады, но костюм держал удар. Правда, пресс этому не верил, сокращаясь на пределе сил. Организм готовился получить острыми когтями по мышцам, не слишком рассчитывая на защиту.

Страх заставил Зиновия действовать. Никогда не имея дело с живыми животными, юноша поступал рефлекторно. Одна рука обхватила нижнюю челюсть волка, вторая верхнюю. Слюна побежала по пальцам, но человек с искусственными руками этого не замечал. Он изо всех сил потянул в разные стороны. Сила рук была на его стороне.

Волк жалобно взвыл, послышался треск разрываемых связок. Зверь отпрянул в агонии боли одним мощным рывком.

Волк бросился прочь. Но едва парень посмотрел ему вслед, как из темноты на него взглянули ещё пара-тройка глаз с желтоватыми зрачками. Эти пришли добивать, страхуя товарища. Каждому нужен свой кусок.

Зёма подскочил. Усталость как рукой сняло. Организм активировал резервы, не желая умирать.