Книга Вопреки всему. Том 1, страница 170 – Владимир Сухинин

— Что с ней? – вскочила растерянная Исидора. Ответ пришел от Брыка:

— Ее пытаются убить, но я блокировал приказ извне. Скоро истерика пройдет.

К ним подошел встревоженный Алеш.

— Что случилось, дорогая? – спросил он.

Исидора с сожалением посмотрела на Марту.

— Марта – подставная фигура, Эмиль. Ее мать, вот кто кукловод. Она жива и через нейросеть управляла Мартой. Мы не знаем, где она.

Прокс на секунду задумался, потом с сарказмом произнес:

— Значит, все, что мы сделали, было зря, и все нити в руках Первой Фрау. Она быстро восстановит связи…

— Да, Эмиль, и этого допустить нельзя! – решительно заявила Исидора.

Солнечная система, планета Земля. Свердловская область, город Нижний Тагил

Я плавал среди звуков и уверенно говорил на нескольких языках с Шизой, но неожиданно пришла тьма, и я проснулся. Открыл глаза и увидел сидящую рядом Светлану. Лицо ее было заплаканным, глаза от слез опухли. Она дремала, сидя рядом с моей кроватью. Я повертел головой и увидел, что нахожусь в лазарете. Снова в той же палате и на той же кровати. Я легонько тронул ее руку, и Светлана мгновенно открыла глаза, недоуменно на меня посмотрела, потом ее лицо исказилось смешанной гримасой радости и гнева.

— Ты что себе позволяешь? – начала она тихо, но очень нервно, губы ее тряслись. Глаза наполнились слезами.

— В смысле? – спросил я.

— Снова чудишь?

Я поморгал и ответил:

— Не понимаю, о чем ты. И почему я в лазарете? Меня же посадили в штрафной изолятор.

— Да, посадили, но ты там впал в кому, и тебя перевели сюда. Что происходит, Виктор? Ты снова хотел себя убить?

— Вроде нет. Не было причин, моя жизнь стала налаживаться… – Светлана посмотрела на меня долгим изучающим взглядом и, вздохнув, произнесла:

— Странный ты, Витя, человек.

— Ты тоже странная, – ответил я.

— Почему это я странная? – Она выпрямилась.

— А почему странный я?

— Потому что ты не такой.

— Какой не такой?

— А такой…

— Так такой или не такой, ты уже определилась? – улыбнулся я.

— Ты… – Она замялась, беспомощно стала озираться и наконец выдала: – Ты чудной?

— Почему я чудной? – спросил я, слегка улыбнувшись.

Светлана снова на мгновение замялась, а затем ответила:

— Ты не такой, как все. Иногда мне кажется, что ты живешь в каком-то своем мире.

Я задумался над ее словами, но не стал ничего отвечать.

— Что ты молчишь? – нервно теребя платок в руке, спросила она.

— Думаю, что ответить. Я не знаю, что тебе сказать, я такой и ты такая.

— Какая это такая? – Она перестала шмыгать носом и удивленно на меня посмотрела.

— Такая. Тоже чудная, – ответил я.

— Почему это я чудная?

— Потому что связалась со мной. Если я чудной, то и ты чудная. Подобное тянется к подобному. Это закон философии. Не помню, как он называется.

— Да, – тихо ответила она, опустив глаза. – Меня неудержимо тянет к тебе. Мне хочется наброситься на тебя и…

— И что? – спросил я. – Съесть?

— Нет, трахнуть, – рассмеялась она сквозь полившиеся слезы.

— А что со мной было, что я попал в лазарет? – спросил я, отвлекая ее от ненужных мыслей.

— Ты впал в кому.

— В кому? Не может быть, я просто уснул.

— Ничего себе сон, – скривилась Светлана. – Ты почти не дышал, пульс не прослушивался. И ты был холоден, как мертвец. Понимаешь?

— Нет, – ответил я, – я чувствую себя хорошо, ничего не болит и даже есть не хочется. И сколько я провел в таком состоянии?