Книга Принцип матрешки, страница 190 – Владимир Сухинин

— Дело как раз в этом, командор. Вам надо явить чудо, пока не взошло солнце. Жрецы Рока собрались в одном месте. Они остались без покровительства своего бога. Столб далеко, и Рок их не слышит. Вы используете благодать для того, чтобы полил дождик над маленькой такой площадью, и пятьдесят жрецов Рока примут Худжгарха своим хранителем, вот.

— А с чего им принимать Худжгарха хранителем? – недоуменно спросил я.

— А с того, что это условие поединка, – сообщил Авангур, высунувшись из-за спины Бортоломея.

— Ну признают они Худжгарха своим хранителем, потом откажутся – и что мне это даст? – спросил я.

— Даст то, что это почти все жрецы Рока, которые появились в степи, – ответил Бортоломей. – Если они примут Худжгарха, то откажутся от Рока. А он автоматически откажется от них, и столбы их отринут. Можно приходить и вырывать столбы. Без жрецов они просто идолы и все. Поставим их тут, и пленные жрецы будут наращивать нам горы.

— Это точно? – задумавшись, переспросил я. – Подвоха нет?

— Точно, командор. Никакого подвоха.

— Молодец, Бортоломей. Я в деле. Показывайте, где это место.

— Вы хотя бы оденьтесь, командор, – предложил довольный Бортоломей.

— Некогда. Я под невидимостью буду. А вы мне покажете, как собрать дождь.

— Дайте доступ к вашей благодати, командор, мы сами все устроим, – тут же предложил Авангур.

— Сколько своруете? – спросил я.

— Немного, – тут же честно ответил сын творца. – Как плату за идею. Слово даю.

— Ладно, – не раздумывая согласился я. – Бортоломей, идея твоя, тебе и благодать. Но смотри у меня, не бери больше положенного.

— А сколько вы мне положите? – потирая руки, спросил Бортоломей.

— Двадцатую часть от потраченной благодати.

— Десятую, – стал торговаться сын творца.

— Ты курсы бухгалтеров, что ли, закачивал? – недовольно спросил я.

— Нет, я не знаю, что это, но десятая часть – это справедливо.

— Ладно, пусть будет десятая часть, – неохотно согласился я. Посмотрел на Бортоломея и подумал, что такой лопух много просить не будет.

— А мне? – воскликнул обиженный Авангур. – Мы вместе планировали и участвовали.

— А с тобой поделится Бортоломей, – отрезал я.

— Делись, – закивала Чернушка. – Делиться это правильно.

Бортоломей подумал, повертел головой и согласился.

— Ладно, четверть выделю тебе…

— Почему четверть? Хочу половину. Мы вдвоем…

— Тридцать процентов, и это мое последнее слово, – решительно заявил Бортоломей. – Придумал схему отрезания жрецов от благодати Рока я, а ты лишь ругался.

— Хорошо, – буркнул Авангур, – пусть будет треть.

Степь орков. Час спустя

В лагере орков, где расположились на ночлег жрецы Рока, было шумно. В середине лагеря образовался большой свободный круг, и в нем перед кострами плясал, орал и махал руками Узлук Арчар. Он выл, кричал, просил пролить дождь, призывал Рока показать свою силу, называл его Несущим свет. Так продолжалось целый час. В атмосфере над степью ничего не менялось, не было и признаков дождя. Орки уже откровенно скучали и посмеивались над незадачливым жрецом.

Шыргун сидел у костра и невозмутимо жарил на огне тушку зайца. Он терпеливо смотрел на потуги молодого жреца и острым ножом срезал тонкие прожаренные куски мяса. Кидал их в рот и жевал.

Узлук устал и, отдуваясь, сел рядом.

— Теперь твоя очередь, Шыргун, – произнес он. – Посмотрим, услышит ли тебя твой бог…