Книга Песня скорпионов, страница 185 – Алексей Щербаков, Елена Прудникова, Юрий Нерсесов

— Знаю. Поэтому всего-навсего попрощается с погонами. Обычного офицера отправили бы под трибунал.

— Если мы вернёмся, получит, — мрачно бросил Войко. — Уж я-то постараюсь. И не я один, не так ли?

— Так, — Аваланд покрутил вино в бокале, следя за игрой напитка. — Чтобы он вышел сухим из воды, мы должны умереть.

— Вы серьёзно? — оторопело спросил Воислав.

— Серьёзнее некуда, — мрачно ответил бывалый охотник. — У Кастрела мозги уже вывернулись наизнанку. Я с подобными закидонами сталкивался не раз. Правда, в предыдущем случае было проще: у безумца в руках имелся всего лишь дробовик. Так что подумайте и прикиньте, как именно нас будут убивать…

— Там же наши, суар капитан! — Один из артиллеристов не понял, что Кастрелы не повторяют дважды, и упал с простреленной головой. Остальные, увидев в глазах озверевшего Леопольда свою смерть, в ужасе кинулись к орудию. Сотни дней, переполненных самогоном и наркотой, не прошли даром. Похмельные заряжающие уронили первый снаряд, у наводчика двоилось в глазах. Выстрел, второй… мимо! Снаряды орлеанского корабля тяжелее, чем у вендского, но пушек всего две против четырёх, а главное: какой толк от самых лучших орудий при таких стрелках?

Окажись в башне капитан-лейтенант Мерикур, он, может, и попал бы, но офицера вместе с двумя товарищами по несчастью давно сожрали падальщики, а обглоданные черепа облюбовали домовитые раки. Узнав от Большого Зуба, где находится «Батиллус», Аваланд поручил майору слетать на разведку, тот услышал разговор орлеанцев и, зная, как погибли жена и сын, понял всё. Матросов, которым просто не повезло, застрелил. Зарезал офицера, предварительно объяснив, за кого ему мстит. Обезглавил всех, чтобы бойню сочли делом рук туземцев, и выкинул головы в океан.

Кастрел остался с одурманенными водкой и червячьей слизью мазилами, которых едва хватило на одну пушку. К тому же он не мог управлять кораблём. Чтобы держать под контролем артиллеристов, сын министра обороны стоял в носовой башне, наставив на них пистолет, а командная рубка была пуста. «Батиллус» тупо шёл по прямой, не меняя ни скорости, ни курса — идеальная мишень!

Зато капитан Гверо оказался на высоте и, видя приближение «Батиллуса», заранее развернулся к нему носом, сократив площадь обстрела. То же сделал и капитан яхты. Оставалось лишь дождаться первого неприятельского выстрела и озаботиться его подтверждением.

«Совершенно случайно» вздумавший снять сближение кораблей кинооператор с «Эдны» оказался истинным профессионалом: вспышки из ствола пушки транспортника получились не хуже, чем оскал пастей хищников Радуги. Расчёты Гробича своё дело знали. Ответный огненный шквал разнёс нос «Батиллуса» вместе с командиром и артиллеристами, но тот по-прежнему шёл вперёд, отдать приказ остановиться было уже некому, и казалось, что сумасшедшая посудина идёт на таран. Уклонившись в сторону, «Тавалога» немедленно угостила врага новой порцией снарядов, вскрыв его борт. Вслед за крейсером открыла стрельбу «Эдна» и тоже не промахнулась.

Машина бывшего сухогруза заглохла, электроток перестал нагревать ёмкости с летучкой, и аборигены Радуги воздали хвалу защитникам своих племён. Ариэль испытывал смешанные чувства. Возможно, ему следовало зарезать Кастрела, как до того Пхунмилаво с племянником и других. Но, с другой стороны, майдигские законы предписывают резать горло кухонными ножами исключительно предателям, а остальных разрешено истреблять по-всякому.