Онлайн книга «Удар скорпионов»
|
Однажды он даже заикнулся на эту тему, но тут же пожалел. Певица, привычно потупив глазки, немедленно выразила готовность отказаться от роскоши. Спать можно и на диване в кабинете милого дядюшки, а петь и заниматься гимнастикой на лужайке, радуя домочадцев. Тьфу, бесстыдница! Но хороша! — Второго справа я, кажется, видел совсем недавно в Лютеции… — Журналист продолжал изучать фото. — Он же хонорец? Осрин кивнул. — Старший лейтенант Мацевич — наш комроты. А вон тот мелкий рядом с ним — сержант Будак, тоже хонорец. Мы с ним почти одновременно ушли со службы: он без руки, я без глаза. Но Кварто с концами, а меня перевели в интенданты. Так что, когда стал тут по хозяйству помогать, опыт пригодился. — Мне ребята рассказывали… За время, проведенное в Либерталии, Стано успел узнать, что дядюшка, занимаясь домом, одновременно железной рукой вёл все коммерческие дела племянника, освобождая того от скучной возни с цифрами. Арклан добывает деньги, Осрин их вкладывает. И не только в казино, гостиницы, рестораны и весёлые дома Драконслава. Дайко проговорился, что самые вкусные строительные подряды в маленьком анклаве потомков вендских эмигрантов — капитанские. Да и не в нём одном: зря, что ли, Осрин четыре дня назад летал в крупнейшую республику Либерталии — Южный Карильон? Впрочем, слишком глубоко закапываться в финансовые дела пиратского семейства — занятие неблагодарное: читателям не слишком интересно, а огрести можно всерьёз. Лучше про детство золотое любимого племянника… — Я заметил, что, когда капитан приезжает, вы ему рапортуете по-военному. Семейная традиция? — Угадал! — рассмеялся Осрин. — Отец Джикое — мой младший брат. Он из чиновников, дослужился до начальника департамента в орлеанском министерстве финансов. Немногие так поднимаются, а из семей вендских эмигрантов, пожалуй, и не вспомню никого. Дорогу сыновьям расписал с малолетства: престижная школа, университет и государственная служба. Но один из троих рвался в армию и отстаивал мечту, как мог. Когда его выгнали из четвёртой по счету школы, я как раз вышел в отставку и предложил взять мальчишку к себе. Родители отдали и выкинули его из головы, а мы поладили. Я ему сказал: хочешь быть военным, изволь приучиться к дисциплине. И он мне вечером каждый раз докладывал, как прошёл день. — Сколько двоек схватил и носов разбил? Знакомо! — продолжил Белич и с тоскливой злобой добавил: — На меня родителям тоже наплевать было! — Носы разбивались регулярно, а учился Джико хорошо… — Дядя на мгновение задумался и уточнил: — Когда хотел. Только уж очень… живой оказался. Для армии — тем более. Я это сразу понял, но не мешал — пусть попробует. Попробовал, вылетел из военного училища в конце первого курса, занялся бизнесом и через десяток лет пригласил меня. Однажды в шутку ему доложил о делах, как он мне в детстве — и пошло… Тогда же и вот этого паршивца в подарок для меня купил. — Сейчас опять угадаю: решил, что вашему образу пирата из старых романов не хватает попугая на плече? Но почему такого громадного? — Птичка тогда была меньше вороны. Надули нас. Сказали, что взрослый, а оказалось — совсем ещё птенец, но уже всё понимал. Я спросил: зачем мне такое? Суп сварить? А он как закричит: «Караул!» С того дня и живёт у нас. |