Книга Брошенная жена Черного дракона. Хозяйка Пепельной долины, страница 49 – Ангелина Сантос

— Значит, использовали две печати?

— Возможно.

— Или один оттиск хуже сохранился, — сказала я.

Орен посмотрел на меня.

— Тоже возможно.

Я почти услышала в голове голос Рейнара: это слово экономит время.

— Что можно утверждать официально? — спросила я.

Орен сложил руки.

— Первое: ваши современные подписи устойчиво совпадают по нескольким признакам со старыми образцами, хранящимися в земельном архиве.

— Хорошо.

— Второе: четыре спорные подписи имеют повторяющиеся отличия от этих образцов.

— Но вы не можете назвать их поддельными.

— Не могу без специалиста.

— Где найти специалиста?

— В столице. При Королевской палате документов работают два мастера.

Рейнар сказал:

— Я отправлю оригиналы.

Я посмотрела на него.

— Не все.

Он нахмурился.

— Почему?

— Если документы исчезнут по дороге, у нас не останется ничего.

Орен кивнул.

— Разумно. Отправьте два. Остальные опечатайте у меня и храните отдельно.

Рейнар согласился.

Я посмотрела на документ с печатью.

— А если кто-то действительно сделал копию моей печати, что для этого требовалось?

Орен ответил:

— Получить хороший образец или доступ к самой печати.

— Моя печать хранилась где?

Я посмотрела на Рейнара.

— В твоей комнате, — ответил он. — Обычно.

— Герман мог туда входить?

— Когда приезжал к тебе — вероятно.

— Слуги?

— Конечно.

— Варен?

— Не знаю.

Я потерла лоб.

Список возможных людей становился слишком длинным.

Орен достал новый лист.

— Теперь заявление.

Мы составили его вместе.

Я не писала, что не помню подписания.

Формулировка была другой:

«Я, Элина Сорен, не могу подтвердить, что подписи на перечисленных распоряжениях выполнены мною, и прошу провести проверку их подлинности».

Орен настоял добавить номера документов, даты и описание печатей.

Я подписала.

Он удостоверил подпись.

Поставил свою печать.

Впервые в истории с пропавшими деньгами у меня появился документ, в котором моя нынешняя воля была зафиксирована без посредников.

Это ощущалось важнее, чем я ожидала.

Орен собирал бумаги, когда Рейнар спросил:

— Можно установить, кто получил копию отзыва доверенности?

— Господин Герман получил ее через своего поверенного вчера утром.

— Варен Дост?

— Нет.

Орен назвал незнакомое имя.

— Почему спрашиваете?

Я рассказала о ночном повреждении канала.

Коротко.

Без предположений.

Орен выслушал.

— Если вы считаете повреждение умышленным, составьте акт.

Савел как мастер по каналам.

Марк как староста.

Я как собственник.

— И что это даст?

— Сегодня — почти ничего. Позже докажет, что повреждения обнаружены именно сейчас и именно в таком состоянии.

Я посмотрела на Рейнара.

— Хорошая привычка.

— Какая?

— Записывать факты до того, как люди начинают вспоминать их по-разному.

Орен сухо произнес:

— Именно поэтому существуют нотариусы.

Через час мы снова были у канала.

Орен идти отказался.

Сказал, что для акта достаточно наших подписей и двух свидетелей, а он заверит его позже.

Савел уже разобрал часть временной кладки.

Вода стала значительно слабее.

При дневном свете следы возле скоб были заметны лучше.

Мы описали их подробно.

Два крепления отсутствовали.

Края посадочных отверстий свежие.

На одном камне длинная царапина.

На земле возле стены следы обуви почти смыло водой.

Нашли только один отпечаток на более сухом участке.

Большой сапог.