Книга Фиктивная жена для наследника, страница 43 – Елизавета Рождественская

— Достаточно! — вспылил Майлз. — Я сделал, как ты хотел! На этом всё.

— Уверен? — усмехнулся Уолтер Эрроу. — Боюсь, стоит нам с Шарлоттой отъехать от уютного семейного гнезда, как твоя супруга тут же сбежит в отдельную спальню, а там и тебя попросит за порог. Сколько ты вложил в это предприятие? Не жалко усилий?

— Просто возвращайся домой… — Майлз затих, а после продолжил тоном, будто смертельно устал: — Я приеду в Солейран сразу, как только смогу. А сейчас… просто уезжай…

Я сделала два механических шага от злосчастной двери и вывалилась в узкий коридор. Спустившись с лестницы, оставила свой «сюрприз» молодому человеку у стойки в приёмной.

— Передайте сунимам Эрроу, — прошелестела едва слышно. — Здесь обед и… десерт к чаю…

Клерк подозрительно оглядел сначала меня, затем корзинку.

— От кого следует передать дар? — важно поинтересовался он.

— Нима… Эмилия Эрроу, — грустно улыбнулась, наконец расцепив ледяные влажные пальцы и выпустив злосчастную плетёную ручку. — С наилучшими пожеланиями… Я… хотела поздравить супруга с удачной сделкой.

Слова давались с трудом, лёгкие кололо, будто их доверху набили мелкими камушками. Хотелось снова взмыть вверх по лестнице, открыть дверь кабинета ногой так, чтобы петли повылетали, выпроводить старого интригана и устроить мужу такой фееричный скандал, которого он и представить себе не мог! Но вместо этого я, словно механическая кукла, неловко развернулась на каблуках и, не слушая причитаний юноши, шагнула на душную пыльную улицу.

До боли смешно, но, пока я закрывалась от своих чувств за ширмой из меркантильности, меня саму считали достаточно выгодным вложением.

Я всё думала, почему меня, чья память об аристократическом происхождении почти померкла в веках, так радушно приняли в доме достопочтенного семейства Эрроу. Вдохновившись примером тётушки Клотти, на секунду поверила, что Майлз просто позволил себе влюбиться так же сильно и безрассудно, как я сама. Но… у семейства Эрроу были совсем другие планы — упрочить положение при дворе… хотя куда выше?

Ателье снова пришлось закрыть, накинув сверху полог тишины. Сегодня я не хотела никого видеть и слышать, но только на один день. Завтра я вернусь к активной работе и… подам на развод. Надо признать: я сделала всё, чтобы сохранить родительский дом, но жить рядом с Майлзом без любви оказалась совершенно не готова. Увы, пришло время перелистнуть эту страницу и идти дальше.

— Пусть забирает свою проклятую фамилию и поместье, — я завалилась на кровать и закрыла глаза. — Надеюсь, дух прабабки станет являться к нему каждую ночь. Мама рассказывала, что она была той ещё ведьмой.

По щеке скатилась одинокая слезинка. Я снова плакала из-за Майлза Эрроу, но пообещала себе, что только сегодня и в самый последний раз…

Майлз Эрроу «Не думаю, что нужно переживать по поводу карьеры, суним Эрроу, — лекарь аккуратно закрепил на повязке фиксирующий артефакт. — За эти четыре года вы сделали для империи больше, чем многие за десятки лет непрерывной службы. Сейчас важно поправить здоровье».

«Благодарю», — улыбнулся Майлз.

«Прикрепите эти документы к рапорту и не забывайте принимать лекарства по графику. Лечение уже даёт свои плоды, не стоит им пренебрегать».

«Ни в коем случае, суним Крокк».

Попрощавшись с лекарем, Майлз расправился с бумажной волокитой и спустя несколько часов выходил из управления тайной полиции в законное свободное плавание. Какое-то время ему будет нельзя пересекать границы империи, а на лопатке навсегда нанесена татуировка руны безмолвия, лишающая его возможности рассказывать о том, что он видел и слышал во время секретной службы, но, кроме вышеперечисленного и свежей раны под рёбрами, он вполне походил на обычного жителя Солейской империи.