Книга Любовь с шипами, страница 14 – Дэни Маниэро

Нет, — она улыбнулась, чувствуя, как кровь стекает по животу. — Я выигрываю.

Эдрик замер за её спиной. Его дыхание, прерывистое и горячее, обжигало шею. Лола наклонилась вперёд, целуя клинок в руке Кассиана

— Ты дрожишь, — прошептала она, глядя, как его рука дрогнула. — Боишься, что я знаю твой секрет?

Какой? — голос Кассиана сорвался на хрип.

Что ты мечтал стать просветителем. — Её пальцы сжали его запястье. — А не палачом.

Эдрик не выдержал. Он рванул цепь, приковывающую её к стулу, и прижал Лолу к стене. Его губы нашли её рот — поцелуй-удушье, смесь гнева и желания.

Ты всё портишь! — Он рвал её платье, обнажая шрамы. — Мы должны ненавидеть тебя!

Тогда почему твои руки дрожат? — Лола вцепилась в его волосы, заставляя посмотреть в глаза.

Кассиан наблюдал, сжимая кулак, пока кровь не выступила на ладони. Когда Эдрик оторвался, оставив на её губах кровавый след, он толкнул брата в сторону.

Моя очередь.

Его прикосновения были иными — медленными, методичными, как допрос. Пальцы скользили по рёбрам, останавливаясь на каждом шраме, будто читая историю её тела.

Он опустился перед ней на колени.

— Докажи, что ты полезнее её, — прошептал он, целуя внутреннюю сторону бедра.

Лола закусила губу, подавляя стон. Её пальцы впились в его волосы, не то отталкивая, не то притягивая ближе.

— Алирия... - она задыхалась, -...планирует свалить смерть короля на вас.

Эдрик замер у окна, разбив кулаком стекло. Осколки дождём посыпались во двор.

— Врёшь! — Но в его голосе не было уверенности.

Кассиан поднялся, не отрывая взгляда от Лолы. Его губы блестели от её влаги.

— Доказательства.

Она кивнула на разорванный корсет, где между сломи ткани виднелся крошечный свиток.

Эдрик выхватил его, развернул дрожащими пальцами — письмо Алирии к барону-предателю планом отравления.

Сука, — прошипел он, скомкав пергамент.

Кассиан взял Лолу за подбородок:

Почему не сказала раньше?

Вы не спрашивали.

Эдрик вдруг рассмеялся — дико, истерично, схватив Лолу за талию.

Ты играешь с огнём, мышка! — Он прижал её к Кассиану, заставляя их тела соприкоснуться. Но какой же он... обжигающе сладкий.

Их поцелуй стал триумвиратом — три пары губ, три языка, три вида голода. Кассиан кусал её шею, Эдрик — грудь, она царапала их спины, оставляя метки, которые завтра станут тайнами.

Когда они вошли в неё по очереди, это было не наслаждение скреплённая потом и болью.

Лола кричала, но не от страха — от победы.

Утром они лежали в сплетении тел и шёпотов. Эдрик чертил на её спине планы мести, Кассиан курил у окна, наблюдая, как солнце пожирает тени

На пороге валялся обгоревший свиток — письмо Алирии. Но теперь к нему был приколот кинжал Кассиана и перчатка Эдрика — символы перемирия.

Кассиан сидел за столом, заваленным картами военных походов, когда Лола вошла без стука.

Её платье, сшитое из полупрозрачного шифона, оставляло больше загадок, чем скрывало. Он не поднял глаз, но пальцы сжали перо так, что чернила брызнули на пергамент, превратив «осаду» в «желание».

Твой долг — спасти королевство от самого себя, — начала она, проводя пальцем по карте, где красным шёлком были отмечены мятежные провинции.

Но как править, если ты даже не понимаешь, чего хочешь?

Он схватил её за запястье, прижимая к краю стола. Карты посыпались на пол, шёлк скользил под босыми ногами.