Книга Дом с синими ставнями, страница 54 – Ирина Грин

Ася, все еще находясь под впечатлением от услышанного, молча кивнула. Эта простая, почти языческая вера Лидии Семеновны в целительную силу бульона была трогательной и давала точку опоры в хаосе последних дней.

Дорога в больницу пролетела в молчаливом раздумье. Ася смотрела в окно такси, мысленно примеряя на себя историю Лидии Семеновны. Ей стало не по себе от осознания, как хрупко все, что кажется незыблемым.

Ей показалось, что охранник на проходной очень пристально рассматривал ее фотографию в паспорте, прежде чем вписать данные в журнал посещений. Ася, держа в руках пакет с бульоном, как посылку из другого, более доброго мира, направилась к палате Галины Степановны. Дверь была приоткрыта. Ася постучала и вошла.

Галина Степановна сидела на кровати, выпрямив спину. Ее руки, иссеченные синевой вен, судорожно вцепились в край простыни. Взгляд, обычно мутный и отсутствующий, сегодня был острым, колючим и полным неприкрытой враждебности. Он буквально вонзился в Асю, едва та переступила порог.

— Войдите! — крикнула старушка, хотя Ася уже вошла. Голос ее был хриплым, но твердым как сталь. — Кто вы такая? Что вам нужно?

— Галина Степановна, это я, Ася. — Она остановилась в шаге от кровати. — Я принесла вам бульон. Домашний.

— Не знаю я вас! — отрезала Галина Степановна, и ее глаза сузились до щелочек. — Убирайтесь! Сейчас же убирайтесь вон! Чего вы все ко мне лезете? Одна притащилась, другая… Чего вам всем от меня надо?

Она сделала резкий жест рукой, словно отгоняя назойливую муху. В этом жесте была не беспомощность больной старушки, а ярость загнанного в угол зверя. Казалось, стены палаты стали ей врагами и Ася — их главной посланницей.

— Я… Я просто хотела помочь, — тихо проговорила Ася, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы от несправедливости и собственного бессилия.

— Не нужна мне ваша помощь! Видали их, помощников! — Галина Степановна с силой ударила ладонью по одеялу. — Уйдите! Не видите, человеку плохо? Оставьте меня в покое!

Ася поняла, что любые слова сейчас будут лишь бензином, подлитым в огонь истерики Галины Степановны. Она молча подошла к тумбочке, поставила на нее банку с бульоном.

— Я оставила бульон здесь, — сказала она почти шепотом. — Он очень вкусный и наваристый. Попробуйте, пожалуйста.

— Забирайте свою дрянь! Я ничего от вас не возьму! — крикнула ей вслед Галина Степановна.

Ася, не оборачиваясь, вышла в коридор и прикрыла за собой дверь.

Новое утро было тихим и почти умиротворяющим. Солнечные лучи робко пробивались в кухню, ложась на пол яркими прямоугольниками. Ася сидела за столом, старательно пытаясь накормить дочь пюре из цветной капусты. Алиса, упрямо отворачиваясь, размазывала еду по лицу и по столу, и Ася с терпеливой улыбкой ловила ее руку.

— Ну же, солнышко, еще ложечку, — уговаривала она, и в этот момент в квартире прозвенел резкий, настойчивый звонок.

Сердце Аси неприятно екнуло. Она не ждала никого, кроме Лидии Семеновны, а та всегда звонила в дверь мягко и узнаваемо. Вытерев руки салфеткой, Ася подошла к двери и заглянула в глазок. На площадке стояли двое мужчин в полицейской форме. Старший, с внимательным, пронзительным взглядом и майорскими погонами, держал в вытянутой руке раскрытое служебное удостоверение.