Книга Голоса в комнате эхо, страница 73 – Влада Ольховская

— Что за вопрос?

Она наконец подняла на него глаза – и зрелище получилось жутковатое: очень светлые голубые радужки в окружении кроваво-красных от долгих рыданий белков… Почти нечеловеческие глаза, горе, пожирающее изнутри.

— Жить мне теперь как? – прошептала Анна, а потом добавила, все громче, все быстрее: – Я же не умею жить! Я была с ним дольше, чем без него, я не понимаю, не знаю… Даже когда он ушел, я верила, что он вернется, всегда! Я и теперь жду иногда, его вещи на месте, и, если он придет, все будет как раньше… Но он почему-то не приходит. Я пытаюсь, честно… Но вчера в ванной отвалилась полочка. Дурацкая маленькая полочка, которая вообще не важна и никогда не была важна! А я упала прямо там, в ванной, на пол, и рыдала полночи, пугая детей… Потому что я поняла: мне больше некому позвонить, если нужна помощь. И теперь уже никогда… Больше никогда… Какой во всем этом смысл?

— Никакого, – покачал головой Матвей. – И никогда не будет, потому что вам он на самом деле не нужен. Даже если будет с абсолютной гарантией подтверждено его самоубийство, это не привнесет в ситуацию смысл. Если будет доказано, что Руслана убили, и убийцы получат наказание, это не облегчит вашу боль так, как вы надеетесь. В смерти близкого человека нет смысла, потому что любой смысл теряет значение.

— Ну так как же мне жить тогда?

— Как получается. Просто проходя день за днем. Я не буду говорить, что время лечит. Иногда – да, но это довольно капризный врач, который сам выбирает сроки. Кому-то оно помогает за месяц, кому-то не хватит и всей жизни. Я не знаю, как будет у вас. Просто справляйтесь с этим, держитесь за детей – вы поступаете правильно.

— Правильно ли? – горько усмехнулась Анна. – Они совсем маленькие, как я могу нагружать их таким?

— Им легче, потому что вы потеряли опору полностью, они – только наполовину. Но их оставшаяся опора – это вы, и вы должны сохранить для них здоровую, способную заботиться о них мать. Вам нужно держаться друг за друга, так и выплывете. Как только на вас будут наваливаться мысли о муже, думайте о детях. Причем не неких абстрактных перспективах – тогда вы угодите в ловушку мысли о том, что они теперь растут без отца. Думайте о конкретных фактах, местах, цифрах. Куда поехать, что купить, кому что поручить. Это не спасет вас окончательно, но чуть уменьшит боль… Достаточно для того, чтобы протянуть еще один день.

Она слушала его, Матвей видел. Возможно, ей хотелось спорить, доказывать, что жить без Руслана невозможно – и точка. Но Анна и сама понимала, что это путь в никуда. Она просила конкретные решения – он дал ей конкретные решения. А уж будет от них толк или нет – покажет время.

Когда он закончил, Анна еле слышно прошептала:

— Спасибо… Спасибо, что не сказали мне: «Все будет хорошо»!

Матвей хотел бы сделать для нее больше, но понимал, что не сможет. Если бы бурю внутри можно было заглушить посторонней помощью да добрыми помыслами… насколько легче стала бы жизнь!

И вместе с тем его не покидало ощущение, что Анна справится. Она достаточно сильна для этого – даже если бы с удовольствием не была такой сильной.

Лучшим, что он мог сделать для их семьи, было обнаружение причастных к смерти Руслана. А что кто-то причастен, даже если это действительно было самоубийство, Матвей уже не сомневался. Накопилось слишком много странностей, чтобы списать их на случайности и совпадения. Да и к истории Александра Литовцева нужно присмотреться внимательней… Но все по порядку.