Книга Голоса в комнате эхо, страница 60 – Влада Ольховская

Второй мальчик совсем мелкий, года три, наверно… И возраст сложный, и характер свою роль играет. Что бы ни разозлило ребенка, гнев он выражал буйно. Но само по себе это значило бы не так уж много, если бы не его реакция на мать.

Ярослава потянулась к нему, чтобы успокоить. Таиса ожидала, что сейчас мальчик шагнет к матери, позволит взять себя на руки – капризный трехлетка добился своего, типичная картина! Только вот ничего типичного не произошло: ребенок принялся отбиваться от Ярославы изо всех сил. И это были не капризные удары ладошками, мальчик вел себя как маленький звереныш: он старался ударить по-настоящему, извивался всем телом, чтобы отстраниться от нее, норовил укусить.

Ярославу такое не удивило, что тоже важно. Она больше не пыталась его обнять, она начала перехватывать его отработанными приемами, но получалось плохо, мальчик оказался юркий. Ярослава, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, паузу сделала лишь в момент, когда заметила, что Таиса за ней наблюдает. Хозяйке квартиры едва хватило выдержки на кривое подобие улыбки:

— Таисия, дождитесь, пожалуйста, на кухне, вы не видите, что ребенок вас боится?!

Этого Таиса как раз не видела, потому что для ребенка она вообще не существовала. Он замкнулся в мире собственного крика – и противодействия матери. Но спорить с Ярославой было бесполезно, она даже ответа не дождалась, просто захлопнула перед носом гостьи дверь и все.

Пришлось отступить, вернуться на кухню. Ярослава все-таки заставила ребенка замолчать, однако вряд ли это было просто: пришла она растрепанная и злая.

— Видите, что они натворили? – угрюмо спросила она, пытаясь отдышаться.

— Вы считаете, что в этом виновата семья Михаила?

— Кто ж еще? Это они натравили на нас каких-то диких журналистов, они сами подкарауливают мальчиков… Утверждают, что они семья и имеют право общаться. Так общались бы, а не пугали моих детей!

— Где были мальчики в день гибели Михаила?

— Старший в школе, младший здесь, со мной… Но он ничего не видел! – поспешно добавила Ярослава.

— Вы уверены в этом?

— Абсолютно, я сидела с ним, когда Миша… Ну…

— Вы утверждали, что он просто выглянул в окно, а не покончил с собой. Значит, вы это видели. Как вы могли что-то видеть, если вас не было рядом?

— Я предположила, потому что знаю своего мужа! И вообще, на чьей вы стороне?

— Михаила.

— Тогда вам туда, – нервно хмыкнула Ярослава, кивнув на окно. – Давайте еще и вы не будете мне печень выклевывать, а? Я осталась одна, мне трудно!

— Я так понимаю, теперь у вас проблемы с деньгами?

Возможно, при иных обстоятельствах Ярослава уделила бы этому вопросу больше внимания. Но тут в комнате снова заголосил младший, она повернулась в ту сторону и ответила отвлеченно:

— А? Нет. После Миши остались патенты на программы, которые он создал. Они будут приносить доход еще долго.

Что ж, вот и отпала одна из причин, по которым Ярославе было невыгодно убивать мужа – это если отстраниться от эмоций и смотреть прагматичным взглядом. Пока Михаил был жив, семейный бюджет зависел от его заработка и доброй воли. Но теперь, когда он мертв, Ярослава получила и контроль над финансами, и ту самую славу, к которой она давно стремилась.

Этот разговор давно уже перестал нравиться хозяйке квартиры, поэтому теперь, когда сын дал ей достойную причину, она с умеренной вежливостью выпроводила Таису вон. Профайлер не стала задерживаться, все равно ничего толкового она уже не услышит.