Книга Голоса в комнате эхо, страница 172 – Влада Ольховская

— Никто не велел мне сюда прийти. Я здесь живу. Я был в доме, увидел тебя. Ты сказал мне, что тут я могу делать что угодно, ты не будешь мешать мне. Зачем ты сюда сунулся?

— Костенька, это все большое недоразумение! Появился очень плохой человек, который…

— Я тебе не верю, – спокойно прервал его Синявский. – Я не хотел, чтобы ты это видел. Теперь ты будешь болтать.

— Да нет же! Вспомни: я всегда знал о том, что ты делал, и всегда был на твоей стороне!

— Так дело оставлять нельзя.

Господину Юпшицу было страшно – так, как никогда в жизни. Он понимал, ради чего это затеял профайлер: хотел признательные показания добыть. В другое время такое злило бы, а теперь отходило на второй план. Глядя в ледяные, немигающие глаза Синявского, адвокат слишком хорошо понимал: это существо может убить. Существо, которое он выпустил на волю – и которое никак не могло добраться до него, они жили в разных мирах! Другим оно, может, и навредило бы, ну так они сами виноваты, что оказались рядом… То, что теперь точно так же рядом оказался он, господин Юпшиц признавать отказывался.

Он не такой, как это мясо в яме, у него прав на жизнь больше, он готов ко всему… Точно, он ведь действительно готов! Он подготовил пульт, он не один! Правда, глядя на огромного, как медведь, Синявского, господин Юпшиц был совсем не уверен, что даже три охранника справятся с ним… или что все трое переживут эту встречу. Но они в любом случае задержат его достаточно долго, чтобы адвокат добрался до машины!

Вызванный шоком паралич отпустил, теперь господин Юпшиц давил на кнопку снова и снова. Где эти бараны? Они поняли, получили сигнал, они спешат? Время текло слишком медленно, он понятия не имел, час прошел после вызова или секунда. Ему нужно было знать наверняка, и господин Юпшиц сделал шаг назад, чтобы посмотреть наружу, убедиться, что помощь уже близко.

Это стало ошибкой. Да, помощь была близко. Охранники оказались шагах в пяти от амбара! Но к моменту, когда они туда добрались, это потеряло значение.

Синявский пришел на встречу без оружия, но на своей территории ему и не требовалось всюду топор с собой таскать. Он оглянулся по сторонам, достал из груды мусора ржавый металлический прут и все таким же уверенным, сильным движением метнул его в жертву.

Охранники были достаточно близко, чтобы их обдало кровавыми брызгами, когда металлический прут пробил господина Юпшица насквозь.

— Ингвар, то, что ты сделал, недопустимо!

— Понимаю, – покорно кивнул Гарик. – А обзываться-то зачем?

— Это не игра! – продолжал громыхать Форсов. – Тебе следовало согласовать все со мной, прежде чем устраивать там кровавые побоища!

К выговору Гарик отнесся философски. Орали на него не впервые, порой это случалось даже за дело, но сегодня, сколько бы он ни прислушивался к себе, он не находил и тени вины из-за случившегося. Даже при том, что он не был уверен в гибели Юпшица заранее, но, что скрывать, сразу допускал такой вариант. Игры с клиническими сумасшедшими, которые уже начали убивать, обычно ничем хорошим не заканчиваются.

И все-таки Гарика не покидала внутренняя уверенность: это нужно было сделать. Потому что он говорил с Юпшицем, да и Таиса тоже, и вывод у них был один: этот тип уже докатился до комплекса бога. Юпшиц совершенно искренне считал, что победитель получает все, имеет право на любой поступок, диктует правила. Жестокость, проявленная к жертвам, никогда на него не влияла, теперь вот он и сам начал проявлять жестокость, а от этого до убийств – один шаг… Если Юпшиц уже до них не докатился, они знали о нем далеко не все. Адвокат годами общался с теми, кто им искренне восхищался, слышал только аплодисменты, с чего ему меняться?