Книга Конфетка для сурового босса. Судьбу не обмануть, страница 58 – Виктория Вишневская

Пытаюсь убедить себя в том, что это приказ шефа. Да так ведь и есть!

Возвращаюсь в беседку. Кажется, начинается самое интересное. Сейчас шашки будут запускать.

Встаю рядом с Динаром, почти прячусь за его спиной. Веста, чьё имя я узнаю вскользь, достаёт зажигалку.

Внимательно слежу за её реакцией. Необычно быть той единственной, кто знает пол ребёночка.

И не замечаю, как Юсупов наклоняется ко мне. Близко-близко, обжигая дыханием уже покрасневшее ушко. Там эрогенная зона, между прочим! Невольно дёргаюсь, скрещиваю руки на груди. Только позора мне не хватало…

— Ты же в курсе, кто там?

— Угу-м, – и с другой стороны волосы на ухо заправляю. Зачем?!

— И кто? – допытывается до меня.

— Почему я должна вам сказать?

— Я твой босс, – хмыкает.

— Но мы сейчас не на работе, а у меня выходной, – с трудом сдерживаю улыбку. – Узнаете вместе со всеми.

— Вредная.

— Знаю.

Веста зажигает фитиль. Секунда – и всё в округе заливается голубым дымом.

— Мальчик! – кричит радостно самый старший в этой компании. Дедушка, судя по всему.

Беременная девушка подбегает к мужу и дочке, обнимает всю семью. И мне так приятно становится, будто это у меня пополнение скоро. Милые они такие, уютные.

— Мы укомплектованы, – лучезарно улыбается Веста.

— Да. С сыном нас. И братиком, – младший брат Юсупова весь светится. С виду такой холодный, брутальный казался. На фотографиях в инете – вообще скала. А сейчас мягкий, пушистый, как прирученный котёнок.

— Блатик, – затаив дыхание, выдаёт маленькая булочка.

Опять о Еве думаю. Как там моя крошка?

— Ну что, ждём на свет ещё одного татарчонка? – спрашивает глава семейства.

Хм… Почему татарчонок?

— Поздравляю с ролью «дяди», – обращаюсь к Динару Тагировичу.

— Уже второй раз, мда.

Пока мы наблюдаем за радостью будущих родителей, я привстаю на носочки рядом с высоким боссом. Держусь за его плечо. Так и хочется спросить, как там погодка сверху, но вместо этого вылетает совсем другое:

— Почему татарчонок?

Он опускает взгляд на меня. И я приземляюсь обратно на пятки. Мы слишком близко – и это смутило меня настолько, что я ощущаю себя дурой.

— Татары, по сложившемуся мнению, все тёмные и кареглазые. Как и Варюша. Правда, это в корне неверно.

Выдаю смешок.

— Забавно.

Пока родители обнимаются, малышка просится на землю. Папа, не сумев удержать крутящуюся дочку, всё же опускает её. И та, взмахнув двумя хвостиками, осматривается по сторонам и бежит к нам с Динаром. Останавливается напротив.

— Пивет, – обращается ко мне. – Я тея помню!

— И я тебя помню, – присаживаюсь на корточки, протягиваю ей ладошку, здороваясь. Она, ни капли не смущаясь, вкладывает в мою руку свои крохотные пальчики. Чуть больше, чем у Евы. – Вчера в офисе виделись.

— Дя, – кивает, поправляя воздушное розовое платье. – Смали, как умею.

Делает небольшой кувырок, но так неаккуратно, что у меня аж сердце останавливается. Однако она, выполнив трюк, теперь лежит кверху попой, уткнувшись лицом в траву, и с гордостью выдаёт:

— Идала?

Я не могу сдержать улыбку.

Ох уж эти дети… Ева тоже любит показывать то, что недавно подсмотрела у других деток. Хвастается, чему научилась. И так искренне радуется. Даже если это что-то совсем обычное и элементарное.

Вот и Варюша громко хохочет, несмотря на то что лежит на земле. Ещё и платье задралось, а ей всё равно!