Книга Миссия попаданки: выжить в роли злодейки!, страница 71 – Ли Лит, Лека Стар

Сохранить лицо… Инхуа равняла себя с тигрицей, Цияо с собой. При всех раскладах приговор прозвучит, пока не известно, чья жизнь после оборвётся, но точно прозвучит. А потому есть время договориться о взаимном уважении и не лезть к виновному.

— Я не собиралась никого топить, — наконец заговорила Цияо. — Поэтому честно могу тебя заверить: я не буду топтаться на костях семьи Се, злорадствовать и поливать грязью. Хотя в некоторых моментах заслужили.

— Хорошо, — с облегчением выдохнула Инхуа.

Её удаляющиеся шаги отзывались коротким скрипом подошвы о дерево и частым биением сердца, в ритме которого позвякивала надежда на правду и честный исход расследования.

30. Открытые от Лао Ху

— Он тут список сообщников спрятал и теперь ходит проверяет? — буркнул Цинъюнь, не отрывая взгляда от Лин Сяо, который ждал ответа от лекаря Юя.

Если частые приходы лекаря понятны — он проверял состояние Цияо, то внеплановые визиты Лин Сяо ничем не объяснялись.

— Не говори ерунды, — Лин Цзин пихнула Цинъюня. — И вообще, твоё присутствие плохо сказывается на самочувствии невестки.

— А может наоборот? — вспыхнул Цинъюнь. — Твоя болтовня плохо влияет на мою сестру?

Прикрыв глаза, Цияо отвернула голову. Второй день. Второй день они ругались и спорили, из-за кого полное, до кристального налёта, выздоровление не случалось. Даже слова лекаря, что для всего надо время, пролетели мимо спорящих.

И ладно бы Лин Цзин и Цинъюнь просто спорили, так ещё Лин Сяо зачастил. То интересовался у лекаря Юя продвижением в выздоровлении, то спрашивал с тётушки Хэ об отсутствии служанок и слуг во дворе, то рассматривал обстановку в покоях и тихо, что-то говорил евнуху Шу. На это он получал стойкое:

— Не трогай мою комнату!

А ещё Лин Сяо доставалось от Цинъюня, который не мог его видеть и смириться с его приходами.

— Жива, не проверяй, — съязвил на первый приход наследник Ху, всё же нашедший лазейку в покои сестры.

— Он знает о благодарности? — фыркнул Цинъюнь на заявление евнуха Шу, что Его Величество благодарен Благородной супруге за спасение наследной принцессы и смотрит, чем он может помочь.

— Близко не подходи к моей сестре, заразишь ещё её смертельной болезнью, — ястребом следил за Лин Сяо наследник Ху.

Цинъюню доставалось от сестры то подушкой, то туфлёй, то пяткой. Но только тогда, когда они оставались одни.

— Умолкни! — Цияо кидала в братца всё, что попадало под руку. — Почему из твоего рта льётся неконтролируемое?! Не видишь, что он с миром пришёл?

Вот зачем он подливал масла в огонь? Нельзя в углу пыхтеть и бубнить, чтобы никто не слышал истинных мыслей? Надо Ху Цинъюню портить о себе впечатление, отношения со всеми. Что за человек?

Лин Сяо можно отдать должное, он не обращал никакого внимания на выпады младшего Ху. Даже не замечал, словно Цинъюнь цветочным горшком стал, ну или звенящим при любом порыве ветра поржавевшим котелком, небрежно повешенным на заборе сохнуть.

Зато когда тётушка Хэ приносила еду и ловила недоумённый взгляд Цинъюня на неполную миску риса и тарелку с овощами, кратко говорила:

— Передали, что много еды приводит к избытку энергии.

Это злило Ху Цинъюня ещё сильнее, и он не мог контролировать себя при виде Лин Сяо, который, сто процентов, стоял за урезанием порции.