Онлайн книга «Женщина, создавшая короля. Книга 1»
|
У все понимал. Он знал: день, когда его честь будет восстановлена, уже близко. Оставалось немного подождать – и он снова увидит тех, по кому так тосковал десять невыносимых лет. Казалось бы, продержаться еще несколько дней не составит труда. Вот только ноги его не слушались. Каждый шаг Сохи, все сильнее отдалявшейся от него, отдавался нестерпимой болью. Он изо всех сил пытался понять, что еще может сделать для нее, но не находил ни единого ответа. И в миг, когда боль стала невыносимой до безумия и все тело содрогнулось от отчаяния… — Кроме того! – Голос Мёна снова расколол тишину зала. – Поскольку показания противоречат друг другу, до окончания следствия все, кто причастен к делу, будут заключены под стражу. Показания у немой служанки я возьму лично. Повелеваю заключить ее в Южном крыле тюрьмы при Ведомстве справедливости и законов и установить строжайшую охрану. Никого не подпускать! У распахнул глаза. Южное крыло?[12] Он знал, что это за место: туда сажали только самых опасных преступников. Он не мог поверить в то, что Соха окажется там. Он не был к этому готов. У стиснул зубы. — Нельзя, ваше высочество! Если бы надзиратели не схватили его за обе руки в тот самый миг, если бы Пугём, которого уже вели прочь, не сорвался на крик: «Молчите! Вы должны сдержаться, ваше высочество!» – У непременно сокрушил бы всех, кто осмелился посягнуть на Соху. — Не трогайте ее! Да как они осмелились?! — Не смейте прикасаться к ней! – Крик У, исполненный боли, сотряс зал допроса. * * * Что-то мерзко стекало между пальцами. — Ваше величество! У вас… у вас кровь на руке! Только благодаря переполоху, поднятому старшей придворной дамой, Чжаён поняла, что волдыри, набухшие из-за пролитого чая, лопнули, когда она слишком сильно сжала кулак. Гной и кровь, смешавшись, вязкими струйками ползли от сустава к суставу. — И все-таки этот мерзавец… – Королева-мать дрожала от ярости. Она даже не замечала жалкого евнуха Чо, трясущегося в ужасе у подола ее юбки и молящего о пощаде. Все ее существо пронизывала жажда мести, настолько сильная, что ей хотелось сожрать У заживо, целиком, с костями. — Приведи Унсон! Заплаканный евнух Чо мгновенно умолк. — Но… но ваше величество… Унсон… — Не болтай. Приведи ее. Я спасу тебя, так что приведи ее тихо, как десять лет назад, чтобы никто не узнал. Не в силах больше сдерживать гнев, Чжаён бросила напоследок: — Что бы ни случилось… я его все равно разорву на куски. * * * Солнце, взошедшее над Инчжончжоном, окутывало мир ласковым сиянием, мягко согревая его. Кристально чистая вода, струясь, сверкала в его лучах золотой крошкой. Сокчун стоял у каменных перил моста Кымчхонгё, глядя в сторону ворот Чинсонмун. Он поднял с земли веточку зельквы[13]. На ней местами уже распускались зеленовато-желтые цветы, вздутые, словно крошечные спелые плоды. Настоящий рай на земле! — Настроение у вас, похоже, хорошее, – тихо заметил Ворён – он стоял, прислонившись к дереву в несколько раз толще его самого. — А как иначе? Все наконец налаживается. Разве есть повод быть не в духе? А вот тебя, судя по голосу, что-то тревожит. — Есть причина. — С чего вдруг? — Если я сейчас покину дворец, то не смогу довести все до конца. — Не потому ли, что тебе придется покинуть Соху? |