Книга Рабский ошейник, страница 34 – Юлия Буланова

Тэн хотел иметь милого питомца. Чтобы любить, холить и лелеять.

Правда, Кин сразу дал мне понять, что готов терпеть меня лишь до тех пор, пока я приношу пользу, а его сын счастлив. Быть полезной оказалось не очень сложно. Потому устаревшие медицинские капсулы, которыми был оснащен «Буревестник», без медика-человека почти не работали. Конечно, вначале девчонка-недоучка мало что могла сделать, но со временем у меня начало неплохо получаться.

Обманывать плохо. Но если Вард всем доволен, то, наверное, можно. Ему же от этого не плохо. Он получает всё, что хочет.

А мне так проще.

Я не хочу и не могу ничего решать сейчас. Не хочу боли. Не хочу жить. Но сил на то, чтобы ещё раз попытаться умереть, не осталось.

Быть удобной гораздо проще. Особенно, когда хозяин не требует ничего такого.

Вард такой нежный и трепетный. В постели. Это одновременно умиляет и раздражает. Не знаю, даже, что больше. Лучше бы он делал это быстро, без лишних реверансов. Изображать удовольствие — штука не самая простая. Выматывает.

Но мне нужно быть хорошей. Хорошие аэли не отказывают своему энэри в близости. Они не грустят, не устают, не болеют. И всегда рады выполнить свою главную функцию — любыми возможными и невозможными способами угодить мужчине.

Сейчас он разговаривает со своим отцом, а я изображаю живую статую. Стою. Улыбаюсь. Делаю вид, что разговор никоим образом меня не касается.

— Только ты мог вляпаться в такое, — шипит Вестар Эндаро. — А я тебе говорил, что Акино втравит тебя в неприятности. Этот ищейка обожает действовать чужими руками. Он, как всегда, герой. Ему все лавры. А ты разгребаешь последствия. В очередной раз. И, если уж покупать женщину, за эти деньги ты мог бы себе позволить что-то более подходящее.

— Это мой выбор, — голос Варда холоден и спокоен. — Совершая эту сделку, я в полной мере осознавал последствия.

Ложь.

Не осознавал. Даже, близко. Просто, поддался порыву. Как сделал это вчера.

Но все лгут. И не мне его судить.

Я мягко улыбаюсь. Точно так же, как Вики, которая смотрит на цветы. Без вызова. Это Вард может спустить дерзость, а его отец вряд ли будет ко мне столь добр.

— У неё на редкость тупое выражение лица.

Тэн говорил, что улыбка бесит тех, кто желал бы твоих слёз. Вестар Эндаро желает. Унизить, показать своё превосходство, выместить раздражение. Поэтому я скромно опускаю глаза, продолжая кривить губы в улыбке.

Тэнгира любил повторять: «Никогда не показывай врагу слабость или страх. Крепко стой на ногах. Если упадёшь, то тебя забьют ногами. И никогда не сдавайся».

Иронично. Он никогда не сдавался. И это, в конце концов, привело его к смерти. С другой стороны, мгновенная вспышка, доли секунды, когда человек не успевает почувствовать боль были милосерднее того, что сделали со мной.

Сейчас это вызывало злость. Как? Как он мог бросить меня одну? Неужели не понимал, что сделают со мной те, кто упустил такой жирный трофей, как «Буревестник»?

Эта злость, как ни странно, помогала стоять и не плакать.

Наш с Вардом договор, тоже, помогал.

Добропорядочные аэли должны быть вежливы с семьями своих энэри. Ах, как же мне хочется врезать по этой холеной физиономии. Но хорошие девочки никогда не поддаются столь низменным порывам. Они молча и терпеливо сносят любые выражения мужского гнева и никогда не позволяют негативным эмоциям прорваться наружу.