Онлайн книга «Враг моего отца»
|
И я отрубил звонок, несмотря на протесты с той стороны. Нет бы принять душ и лечь спать — продолжал сидеть и прислушиваться. В коридоре вдруг стукнула дверь, раздался топот ног. Когда в номер забарабанили, я моргнул — какого? Передумала? Вряд ли… — Слава! — послышался ее приглушенный взволнованный голос, и я уже не стал тупить. Стоило открыть двери, Кристина чуть не сбила с ног: — Багратов, мой отец, звонил — надо убираться! — и она живо хлопнула дверью. — Пожалуйста, быстрее! Как же я устал! Нарочито равнодушно отвернулся и не спеша вернулся в свое кресло. — Ты оглох? — охрип ее голос. Она подскочила ко мне и растерянно застыла в паре шагов. — Думаешь, я шучу? =8 — Я не боюсь твоего отца, — поднял на нее глаза. — Ты тут один, а… — Он приедет вызволять тебя с целой сворой? — перебил раздраженно. — А ты чего так пугаешься? — Потому что ты не дашь мне тогда шанса не подпустить тебя к нему. Некому будет. — Что он тебе сказал? — повернул я голову чуть вбок, «оживая» внутри. Она снова здесь, будто магнитом ее притянуло, и мы опять грыземся — красота! — Что знает, кто ты такой. А Куваев времени даром не терял… Значит, знает, кто я и что ничего хорошего его дочери не сделаю. По себе, ублюдок, меряет? — Наверное, хочет нам Оскар вручить за сценку в его кухне, — усмехнулся я. А сам предвкушал, как буду разбивать лицо урода о стол, благо, он тут крепкий. Аж руки зачесались. Кристина, наверное, прочитала недоброе на моем лице, потому что снова заскулила: — Багратов, пожалуйста, побежали! Тебе не понравится, если он успеет сюда раньше, чем я тебя спрячу! — Ты меня спрячешь?! — веселился уже откровенно. — Знаешь, хорошо, что меня в России никто не знает. Оборжалась бы вся братва… — Скоро будет плакать! — не теряла она надежды меня уговорить. Хороший повод оставить ее в покое — разнесу сейчас к чертям весь энтузиазм Куваева, выплесну всю гниль разом и забуду, как страшный сон. — Что ты хочешь? — Стройный ряд картинок перед взглядом мигнул и погас. Я моргнул и с трудом сфокусировался на лице девчонки. Та, оказывается, опустилась у меня в ногах, готовая … что, умолять? — В смысле? — сдвинул я брови к переносице. — Пойдем со мной, я боюсь крови… Я прыснул: — Вспомню кровавые времена, — понизил голос, нагоняя страху, и девчонка шумно сглотнула. — Как отрывал уши руками… — Прекрати, у тебя же пивоварня в Италии, — вздернула она бровь. — Трупами удобряю виноградники, Кристина… — Ты что, воюешь с крестными отцами? — Уже нет. — Ты невозможный! — Что ты там предлагала мне за то, что я сбегу? — скалился довольно. — Что ты хочешь?! — взвыла она. — Даже и не знаю… Ты уже сегодня готова была передо мной раздеться… что с тебя еще взять? — Хрен тебе! — зарычала она. — Подыхай, мне то что! Я пну еще твой холодный труп! Пять раз! — Привлекут за соучастие, тут везде камеры. — Думаешь, тебя прибьют тут? — устало вздохнула она. — Массаж ног хочешь? — Ого… от него иногда кончают, если удачно сделать… — Я отвернусь, — рычала она. — Может быть… с нероли? — Где я тебе возьму нероли?! — Я же взял. — Тогда у тебя займу! Вечер становился все интереснее. — Так он что, совсем близко? — уточнил деловым тоном. Я все не мог понять, чего хочу. Еще утром я точно знал — мне надо сделать больнее ему. Теперь хотелось привычно сжать пальцы на холодном стволе и навести на дверь, чтобы все проблемы, которые решат помешать мне лечь спать, упокоились на пороге. |