Книга Сделка со зверем, страница 95 – Анна Владимирова

— Собака, – прорычал я, приподнимаясь на локте и только замечая, что подо мной натекла приличная лужа крови. – Черт…

Плохо дело.

— Руслан! – вдруг услышал голос Александра Васильевича.

— Чисто! – крикнул я ему и улегся на землю.

Он быстро осмотрел поляну и опустился рядом.

— Так, – сурово протянул и тут же поставил какой-то железный чемодан с грохотом. – Делаю жгут, потом тащим тебя в машину, а у меня обернешься. Как раз и крови подвезут… Иначе истечешь.

У меня самого зубы уже рвались из десен – зверь чувствовал большую потерю. Но не подчиниться тестю нельзя. Зверюгу тащить одному неудобно, лучше человека. Да и мало ли кто тут еще ошивается – не стоило подставлять невинных.

— Прорвемся, Руслан, – закрепил он жгут и подхватил меня под руку, помогая приподняться.

Земля в первый момент выкрутилась из-под ног, но до машины я дополз.

— Где там ваши? – прохрипел, падая на переднее сиденье. Старался не отъехать раньше времени, поэтому цеплялся за все, что угодно.

— Подъезжают уже.

Хлопнули двери, и я все же отрубился…

* * *

Я выскочила на крыльцо, когда папина машина влетела на участок.

— Саш, помоги, – выскочил из машины отец. – Чемодан мой в дом, в шкафу у меня переносной стол!

Только я не слышала его. Бросилась к переднему сиденью, с которого отец пытался вытащить Руслана.

— Большая кровопотеря, – проворчал он, пытаясь привести его в сознание. Выходило плохо.

— Руслан! – позвала я, и он вздрогнул.

— Саша, быстрее! – рявкнул отец. – Руслан, давай поднимайся!

Руслан часто заморгал, сжимая челюсти, но повиновался, и вместе они оказались на ногах. А я уже не ждала – рванулась в дом с чемоданом и сразу унеслась на поиски стола.

— В гостиную стол ставь! – донеслось до меня, и хлопнула входная дверь. – Ему надо срочно обернуться!

Когда нам вдвоем удалось уложить Руслана на поверхность, отец скомандовал мне снимать с него одежду.

Руки действовали машинально, хоть и изрядно дрожали. Отец работал более четко. Оно и понятно. Портативные хирургические столы не у каждого врача в отставке водятся. Мишка замер на кресле, скрутившись калачиком и глядя на нас во все глаза, но его я позже успокою. А пока Руслан вызывал серьезные опасения. Жгут, перетянувший артерию, помогал, но все брюки уже пропитались кровью.

— Мне подвезут кровь минут через двадцать, – заметил отец, сдирая последний ошметок ткани. – Все. Проси его обернуться.

— Я?

— Меня плохо слушает. Быстрее, Саша! – И он снова, переместившись к чемодану, извлекал из него капельницы.

Я склонилась над Русланом, обхватив его лицо холодными мокрыми ладонями и позвала.

— Рус, надо обернуться. – Голос срывался, дрожал. – Папа говорит, это очень важно. Слышишь. Руслан! Не бросай меня, ладно? – И я раскисла. По щекам покатились слезы, губы задрожали. – Оборачивайся, пожалуйста! – Нервы не выдержали, и я зарядила ему пощечину. Он дернулся и открыл глаза. – Вот, молодец! – похвалила я. – Отец просит тебя обернуться. Понял?

Руслан навел на мне мутный взгляд, и я провела по его скуле пальцем, оставляя кровавые разводы:

— Я люблю тебя. Оборачивайся… пожалуйста…

Его тело дрогнуло, и он прикрыл глаза. А потом вдруг скрутился в сильной судороге и уставился в потолок, оголяя зубы в оскале… которые стали стремительно меняться, удлиняясь. Лицо покрылось шерстью, глаза налились желтым, а в воздухе задрожало от рычания.