Книга Моя дорогая ведьма. Не целуй ведьм перед смертью, страница 11 – Марьяша Ришелье

— Решил — громко сказано, — буркнула она. — Скорее уж, судьба решила.

— Не перебивай. Варианты? — я загнул палец. — Аллергия на тебя, и ты подойдёшь слишком близко? Чихнёт — и душа вон?

— Аракалл!

— Что? Я серьёзно. У некоторых демонов, например, аллергия на ведьмину магию. Чих — и они рассыпаются. Проверяли?

— Он не демон, — отрезала она. — И аллергии у него нет.

— Откуда ты знаешь? Ты с ним в постели лежала? Нюхала?

— Аракалл! — Она запустила в меня подушкой. Я ловко поймал.

— Ладно-ладно. Тогда другой вариант. — Я задумался, подкидывая подушку. — Может, ты как-то можешь его убить? Нечаянно? И это произойдёт именно в полнолуние? Типа, превратишься в монстра и сожрёшь?

— Я не превращаюсь в монстра, — она закатила глаза. — Это оборотни превращаются. И вообще, я бы не стала его убивать.

— Даже нечаянно?

— Даже нечаянно. Я вообще никого не убиваю без причины, если ты забыл.

— Помню, — кивнул я. — Ты только травишь медленно и со вкусом.

Она фыркнула, но не стала отрицать.

Я отложил подушку, подаваясь вперёд.

— Хорошо. Давай от обратного. Отчего он сам может умереть? Без твоего прямого участия, но так, чтобы ты была замешана хотя бы косвенно?

Карамэ нахмурилась, обдумывая.

— Не знаю... Он сильный. Живучий. Его не так просто убить.

— Сильный, живучий, — повторил я с кислой миной. — Прямо идеальный мужчина. У него случайно нет нимба и крылышек?

— Аракалл...

— Молчу. — Я поднял руки. — Но ты не ответила. Как он может умереть? Может, тебя защищая, например?

Она замерла.

— Умереть, защищая меня? — переспросила тихо. — Аракалл, это бред. Никто не станет умирать, защищая ведьму.

Я посмотрел на неё.

На её бледное лицо с тёмными кругами под глазами. На то, как она кусает губу, пытаясь спрятать боль за сарказмом. На то, как моя рубашка сползает с плеча, а она даже не замечает.

— Я бы стал, — сказал я.

Тишина.

Такая густая, что можно резать ножом. Или кинжалом для нечисти.

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами. В них плескалось что-то... неверие? Надежда? Или просто удивление, что экзорцист способен на благородство?

— Ты... что? — выдохнула она.

— Я бы стал, — повторил я, не отводя взгляда. — Умирать, защищая ведьму. Конкретно эту. Конкретно тебя.

— Аракалл, это...

— Не смешно? — усмехнулся я. — Я и не смеюсь, моя дорогая.

— Но... почему?

А вот это был хороший вопрос.

Почему?

Потому что ты моя. Потому что я не представляю этот чёртов мир без твоего ядовитого языка и колкостей. Потому что за столетия нашей войны ты стала единственным существом, рядом с которым мне не скучно жить. Потому что, кажется, я люблю тебя так сильно, что это уже граничит с клиническим безумием.

Но всего этого я не сказал.

— Потому что ты моя ведьма, — пожал плечами я, стараясь, чтобы голос звучал легко. — Если ты сдохнешь, мне некого будет бесить. И кто тогда будет травить меня втихаря? Скучно станет.

Она моргнула.

— Ты идиот.

— Знаю.

— Полный.

— И это тоже.

— Невыносимый.

— Всё перечисленное, — согласился я. — Но это не отменяет факта: если бы тебе угрожала опасность, я бы встал между тобой и ней. Даже ценой жизни. И не смотри на меня так.

— Как?

— Как будто я только что признался тебе в любви.

Она отвела взгляд. Слишком быстро. Слишком резко.

— Глупости, — буркнула она. — Ты просто экзорцист со странными заскоками.