Книга Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1, страница 109 – Тан Ци

— Кто эта девушка в фиолетовом, что всегда крутится рядом с главным судьей? Какого она происхождения? Еще и с таким красивым личиком.

— Эге, лицо-то у нее красивое, но говорят, что она убивает не моргнув и глазом. Она лучшая из лучших профессионалов в резиденции верховного судьи.

Образы разбитого зеркала постепенно исчезали вместе с удаляющимися голосами, сменяясь высокой театральной сценой. Обворожительная актриса в красивой одежде с невероятным макияжем изгибалась всем телом, словно орхидея. Уголки ее глаз немного приподнимались, вид ее отражал волнующее разнообразие любовных переживаний. Своим нежным голосом она распевала любовные арии, и каждый намек на соблазнение в выражении ее лица был обращен к Жун Сюню, лениво прислонившемуся к перилам на возвышении. Расстояние между этими двумя людьми было не то чтобы небольшим, но и немаленьким. Когда их взгляды встретились, Жун Сюнь загадочно улыбнулся.

В мгновение ока девушка в зеленом одеянии, что подавала чай, внезапно достала из своего рукава ослепительно яркий кинжал. В то же время короткий клинок Ингэ уже стремительно приблизился к лицу девушки – удар, что начинался со лба и заканчивался переносицей, быстрый, как ускользающий луч света, рассек прекрасное лицо служанки на две залитые кровью половины. Брызги попали на белоснежные щеки Ингэ, но она и глазом не моргнула. На сцене уже поднялись истошные вопли, она же, словно ничего не слыша, вытерла клинок о фиолетовый рукав и, подняв глаза, спокойно улыбнулась задумчивому Жун Сюню:

— Все в порядке?

Он взглянул на ужасного вида девушку с широко раскрытыми глазами, что лежала теперь на полу, и нахмурился:

— Этот удар… такой беспощадный.

Она присела на корточки и серьезно оглядела порез на теле девушки.

— Это и в самом деле не выглядит красиво и приятно. В будущем буду сразу перерезать им глотки.

Он дал ей свою руку, помогая подняться на ноги, и тихо сказал:

— Помню, как ты дрожала у меня в объятиях всю ночь после своего первого убийства.

Она поджала губы:

— В конце концов, мне надо было повзрослеть. – Она облокотилась на перила и серьезно посмотрела на него. – Я стану лучшей убийцей семьи Жун.

На лице ее вспыхнул румянец, оттеняя белизну кожи ослепительной красотой.

Он не смотрел на нее, взор его был обращен к окну, где высокие деревья колыхал весенний ветер. На дорогах буйно распускались цветы, и стая белых цапель с криками взмывала в далекую синеву неба.

* * *

Ингэ не могла стать лучшей убийцей, так же как и Цзюнь Вэй не был способен стать великим писателем, так как оба они скрывали в своих сердцах слишком много чувств. Лучший писатель должен вложить всю душу в свое произведение и сосредоточить все свои мысли только на нем. Но Цзюнь Вэй, помимо написания романов, пытался стать хорошим мечником, чтобы утешить своего отца. И аналогично превосходный убийца должен быть всецело поглощен мыслью об убийстве. Но голова Ингэ, помимо убийств, была заполнена желанием встречаться с Жун Сюнем. Убийца ни в коем случае не должен знать любви, ибо, если у него появится возлюбленный, его легко подвергнуть опасности и подставить, допустив такую ситуацию:

— Не подходи. Подойдешь – и я убью его.

— Хорошо, я стою на месте. Не убивай его.

— Положи свое оружие. Положи руки за голову и сядь на корточки туда.