Книга Трансильвания, страница 4 – Оксана Пелевина

— А ты изменился… Не помню, когда видела тебя в последний раз.

— Вероятно, это было очень давно. Мы с родителями покинули Дебрецен, когда мне было шесть. Знаешь, а ты осталась прежней, пусть и стала старше. Потому я и узнал тебя.

«Прежней? Хм…»

Не понимая, что именно имеет в виду Кристиан, Каталина решила, что будет неприлично требовать пояснений. А потому поспешила задать свой вопрос:

— Что же заставило тебя вернуться в город?

— Работа. Я получил назначение в адвокатскую контору господина Мейхера. И вот прибыл на службу.

Юноша хотел добавить еще несколько слов, рассказав о том, как был рад начать карьеру в городе, в котором вырос, но заметил, что взгляд собеседницы устремился ему за спину. Спустя пару секунд девушка засуетилась и поспешила закончить разговор.

— Была рада увидеться, Кристиан. Но мне уже нужно идти.

Обойдя юношу, девушка направилась к крыльцу губернаторской резиденции, где ее поджидал отец. Все, что оставалось сделать Кристиану, это крикнуть ей вслед:

— Надеюсь, мы еще встретимся…

Но Каталина не ответила ему, то ли не расслышав, то ли не посчитав нужным обернуться. Проводив девушку недолгим взглядом, Кристиан перебежал на другую сторону улицы и направился на поиски почты, о которой едва не успел забыть.

Тем временем Петер Эстерхази отыскал взглядом дочь и уже не выпускал ее из вида. Как только девушка вспорхнула на крыльцо, ее встретил серьезный взгляд отца.

— С кем это ты говорила? Каталина, сколько раз мне еще придется повторить: в нашем обществе репутация женщины…

— … настолько хрупка, что может быть разрушена любым неосторожным поступком, – процитировала отца девушка. – Ты повторяешь это каждый день.

— И ты все равно постоянно об этом забываешь, – покачав головой, вздохнул отец.

— Неужели простой разговор может быть истолкован как нечто предосудительное?

— Если это разговор юной девушки без сопровождения старших с незнакомым молодым человеком, то да, вполне. Была бы жива твоя мать, она бы объяснила это лучше.

Взгляд Петера заметно потух. Так случалось всегда, когда ему приходилось вспоминать о кончине супруги. Ксения Эстерхази, урожденная Оболенская, происходила из знатного рода. Петер встретил очаровательную русскую княжну почти тридцать лет назад, прибыв в Санкт-Петербург в составе дипломатического посольства. Молодой человек был покорен юной красавицей с первого взгляда, с первого слова. И более не мог думать ни о ком, кроме нее. К счастью, Ксения ответила взаимностью на его чувства. И, став женой Петера, из России перебралась в Австро-Венгрию, где родила мужу двоих дочерей. К сожалению, увидеть их взросления Ксения не смогла. Ее жизнь оборвалась во время поездки на родину. Решив навестить родных, Ксения отправилась в Петербург и по дороге заболела холерой, не успев вернуться домой. И пусть смерть унесла любимую супругу много лет назад, рана Петера от потери жены все еще не заживала. Заметив привычные перемены в настроении отца, Каталина поспешила его успокоить.

— Тот юноша мой старый знакомый. Быть может, ты его помнишь, Кристиан Цигельмайер, когда-то он жил на нашей улице.

— Цигельмайеры? – удивился Петере. – Хм… да, кажется, припоминаю. Неприятная же история с ними тогда произошла. Удивительно, что кто-то из них решился вернуться в Дебрецен.