Книга Пряник для Кнута, страница 8 – Ольга Коротаева

— Дверь закрой, – не оглядываясь, цедит мужчина. – Дует!

«Соберись, Пряник!» – приказываю себе и выглядываю в коридор.

Вадим, удерживая коробку, всё ещё воркует с медсестрой, и я, поставив свою ношу на пол, захлопываю дверь. Смотрю на прокурора и отчитываюсь:

— Я привезла документы, которые вы просили. Что-нибудь ещё нужно?

Кнут медленно поворачивается, и я с ужасом замечаю, что обе его руки, удерживаемые повязками, в гипсе до самого локтя. Как так-то? Я же вроде только пальцы сломала?

О да! Пальцы тоже загипсованы. По одному на каждой руке.

Средние…

Судорожно втягиваю воздух и замираю, глядя на произведение медицинского искусства. Клим будто молча посылает меня в пешее эротическое путешествие, и я бы и рада сбежать. Но кто меня отпустит? Глядя на загипсованные пальцы, стараюсь не представлять Кнута в суде. Получается плохо. Очень плохо.

— О чём думаешь? – саркастично усмехается Клим.

Моргнув, прихожу в себя и осторожно отвечаю:

— О том, что ваши собеседники могут неправильно понять подобный посыл.

— Да ладно? – хмыкает Клим. – И что же тут можно неправильно понять? А, Пряник? Что пришло на ум тебе?

Я дипломатично отзываюсь:

— Что вы не рады гостям. Я пойду, пожалуй…

Поворачиваюсь к двери и тянусь к ручке, как вдруг слышу резкий окрик:

— Стоять!

Обречённо уронив руку, оглядываюсь.

— Вам что-то нужно?

— Разумеется, – ледяным тоном говорит он. – Иначе зачем бы мне понадобилась помощница?

Подхожу к мужчине со смесью щенячьего восторга и опаски. Так, наверное, входят в клетку с тигром те, кто обожают этих животных.

— Что мне делать? – смотрю вопросительно.

— Между лопаток почеши, – неожиданно заявляет Клим и поворачивается своей широкой мускулистой спиной.

У меня перехватывает дыхание от мысли, что я сейчас прикоснусь к кумиру. Руки дрожат, когда начинаю легонько царапать ткань рубашки.

— Посильнее! – велит прокурор и ехидно добавляет: – Или все силы истратила, защищая меня от несуществующей бомбы?

Хорошо, что Клим стоит спиной и не видит, как я краснею. И не просто краснею, едва дым из ушей не идёт. Ведь Кнут по локоть в гипсе! Неужели мои сто двадцать два килограмма настолько убийственны?

— Почему вы так сильно пострадали? – осторожно интересуюсь я.

Кнут чуть оборачивается и бросает косой взгляд.

— Меня спрашиваешь? Это же ты набросилась!

— Допустим, – продолжаю почёсывать спину мужчины. – Но вы не кажетесь хрупким человеком, прокурор. Даже учитывая мой вес, трудно представить, что молодой здоровый мужчина сломал обе руки.

— Вообще-то сломаны лишь два пальца, – поправляет он и задумчиво продолжает: – Конечно, я не врач, но, признаться, удивлён, зачем понадобилось накладывать столько гипса… Всё, Пряник, хватит!

Поворачивается, и я отступаю, чтобы мужчина не задел меня загипсованной рукой. Невольно бросаю взгляд на его средние пальцы и приподнимаю брови.

— В тот момент мне показалось, что хрустнула коробка. Я и понятия не имела, что это ваши кости. Честно признаться, сложно понять, как такое могло произойти. Разве что вы нарочно выставили эти два…

Клим кашляет и отводит взгляд, а я растерянно моргаю. Он смутился? Кнут?!

— При падении я старался случайно не потрогать тебя за… различные выступающие упругие места. Вот и получилось, что пальцы оказались в опасном положении.