Книга Пряник для Кнута, страница 6 – Ольга Коротаева

— Наверняка ещё до того, как ему наложили гипс, – ледяным тоном отвечаю я.

Мужчина округляет глаза.

— Как ты догадалась?

Выдаю полуулыбку Моны Лизы и умалчиваю, что пыталась пошутить, чтобы разрядить обстановку. Увы, юмор никогда не был моей сильной стороной. Водитель открывает мне дверцу, и я устраиваю коробку с делами на заднем сиденье.

Выпрямившись, беру вторую из рук Александра, как вдруг слышу громкий женский голос:

— Офигеть! Орешек, это же она? Вон там, у крутой тачки…

Забываю, как дышать, потому что ко мне бежит моя дорогая мамуля. Её короткое платье канареечного цвета развевается, демонстрируя всем желающим бирюзовые шортики шестидесятого размера, а широкое лицо расплывается в улыбке так, что на солнце сверкают золотые зубы.

— Моя дочка теперь крутой адвокат! – на бегу восхищается мама.

Она всегда фонтанирует эмоциями. За высокой и полной женой, напоминая колобка из-за невысокого роста и блестящей залысины, едва поспевает папуля. Хорошо, что в отличие от мамы он нашёл в гардеробе что-то строгое. Плохо, что чёрный классический костюм, который купили на похороны дедушки, папе теперь сильно мал.

Но отца это не сильно заботит. Махая обеими руками, он несётся ко мне.

— Пряничек, мы приехали поддержать тебя в твой первый рабочий день!

Ещё несколько секунд, и от крошек моей репутации вообще ничего не останется. Ловлю ошеломлённый взгляд Александра и спокойно сообщаю:

— Я их не знаю. – Торопливо залезаю в машину вместе с коробкой и велю водителю: – Скорее. Прокурору необходимы эти документы!

Когда машина трогается, оглядываюсь и с лёгким чувством вины смотрю на родителей. Они всё так же радостно машут мне вслед и кричат изо всех сил:

— Постарайся, Пряничек! Ты лучшая! Ты наша гордость! Наша лампампуля!..

Резко отворачиваюсь и, поймав через зеркало заднего вида любопытный взгляд водителя, симпатичного мужчины тридцати лет, медленно поднимаю коробку на уровень лица. С одной стороны, я уже привыкла, что родители устраивают шоу, и притерпелась к их фонтанирующей и неотвратимой любви. Но с другой – мне хотелось провалиться под землю от стыда.

— Просила же не делать этого, – бормочу в совершеннейшем отчаянии. – Как об стенку горох.

И вдруг понимаю, что всё могло быть гораздо хуже. Если бы меня не попросили отвезти Кнуту документы, с мамы и папы сталось устроить у здания суда какое-нибудь незабываемое представление.

Когда я пошла в первый класс, они плясали на школьном стадионе с помпонами в руках до тех пор, пока директор не вызвала полицию. А когда поступила в институт, бегали по кампусу, раздавая рекламные листовки с моей фотографией, и просили дружить с их дочерью и поддерживать во всём.

Благодаря родителям с первого дня я получила прозвище. Звёздного Пряника узнавали все студенты и даже преподаватели. Лишь благодаря подругам, которые знали, на что способна моя семья, и не отходили от меня, я пережила этот ужас!

Но сегодня я избежала большей части позора, укатив в неизвестном направлении, и родители не последуют за мной. Они же не знают о переводе! Осознав это, облегчённо выдыхаю и радуюсь произошедшему несчастью. Я научилась в любом неудобном положении находить преимущества.

Например, сейчас… Меня не уволили! Хотя ожидала этого. Я буду работать рядом с Кнутом! Хоть и не хочется думать о том, что мне откроются тайны кумира, о которых предпочитаю не знать.