Книга Иллюзия падения, страница 161 – Лия Аструм

— Нет. Это странно… К тому же… – немею под суровым взглядом цепких глаз.

— К тому же, что, Ариэль?

К тому же Зенон ненавидит детей. Он с такой маниакальностью следит за моим предохранением, что наличие у него ребенка кажется настолько же абсурдным, как если бы Миллер надел костюм Дракулы на Хэллоуин и пошел раздавать сладости.

— Может, люди Алекса ошиблись?

Лейквуд скептично смотрит на меня в ответ, и под этим взглядом я ощущаю себя какой-то неполноценной. Маленькой и незначительной. Как цент среди стодолларовых банкнот.

— Не ошиблись. Ты счастлива с ним?

Натиск Эвана начинает бесить. Потому что абсолютно каждый дротик прилетает четко в красный круг, и мне приходится извиваться и юлить, пытаясь ответить честно и в то же время не раскрыть гнилую суть.

— Зен – сложный человек, – выписываю уклончивый вираж и все же добавляю ложку правды. – Успех нашего брака прост: его желания должны всегда выполняться.

— А если его желания идут вразрез с твоими?

Тем более. Извращенец впадает в экстаз, наблюдая, как я снова и снова переступаю через свои принципы, теряя последние остатки самоуважения.

— Это не имеет значения.

Эван мрачнеет. Взгляд наливается сталью.

— Он заставляет тебя? Бьет? – его глаза обеспокоенно бегают по мне, ищут признаки своей догадки. Вчера Лейквуд не пропустил ни одного дюйма моей кожи, а сегодня, поддавшись тревоге, напрочь забыл сей факт. И это трогает. До ломоты в костях.

— Я похожа на ту, которую можно безнаказанно бить? – вопреки бродившей внутри теплоте, усмехаюсь с издевкой, будто только что услышала самую забавную вещь. – Чаще всего это касается времени. Я должна отложить свои дела, поставив в приоритет его.

— А реже?

Чертов Эван. Лезет под кожу в самую грудину, вспарывая старые швы. Часть меня жаждет залезть к нему на колени и во всем сознаться. Но эта часть слишком крохотная, задавленная временем и отягчающими обстоятельствами.

— Что ты хочешь услышать? – устало вздыхаю я.

— Что будет, если ты не выполнишь его желание?

Зенон причинит боль. Не мне. Меня он никогда не трогал. Но падение с лестницы моей служанки, бесследное исчезновение парня из охраны, не единожды прикрывшего меня, – не случайны.

— Мы поругаемся.

Лейквуд стискивает челюсти. Не верит. Я вижу это в каждой черте его напряженного лица.

— Почему ты не уйдешь от него?

Потому что я знаю цену свободы. И когда Зен сломал Ливи руку, я поняла, что не готова ее заплатить. Это произошло четыре года назад. Не выдержав очередного его издевательства, я сбежала. Обманула охрану и поджидала сестру возле школы, надеясь перехватить ее первой. Лив так и не появилась. Оказалось, что муж, всегда строго запрещающий сестре пропускать учебу, именно в тот день забрал ее покататься по пустыне.

Я вернулась сама. Только не домой, а в больницу. И захлебнулась ужасом. Сестра, зареванная, с многочисленными ссадинами, лежала на кровати с загипсованной рукой, а Зенон стоял рядом и успокаивающе гладил ее по голове.

«Верблюды – мирные животные, но, как и любые живые существа, они могут быть непредсказуемы. Я предупреждал тебя, Ливи, что нужно пристегиваться дополнительными ремнями. Любое необдуманное действие имеет последствия. Верно, Ариэль?»

— От такого человека не так просто уйти!

У Эвана зрачки пульсируют, разрываются от ярости. Разговор принимает опасный поворот, и мне ничего не остается, как выбросить из колоды пару старших карт.