Книга Тени над Невой, страница 30 – Янина Корбут

Время было позднее, и Лавр понимал, что не худо бы взять извозчика. Да кто на ночь глядя потянется в их село? И он ускорил шаг, с наслаждением вдыхая наполненный ароматом трав воздух.

Уже на подходе к дому дорогу ему перебежала чёрная кошка. Чёрная ли? В темноте, как известно, все кошки серы, но Лавра как будто кольнуло нехорошее предчувствие. Показалось, или в кустах кто-то зашуршал? Наверное, ещё какие-нибудь хвостатые. В этом году их развелось великое множество, потому что местные охотники перестреляли всех лис в округе. Кошки, лишившись естественного врага, расправили хвосты. И всё-таки Лавр на всякий случай перекрестился, как учила матушка.

Ираида Самсоновна, каждую неделю посещавшая церковь, твёрдо верила в приметы и гадания. Если ей встречалась бабёнка с пустым ведром, то матушка могла внезапно вернуться домой. Очень уж опасалась сглаза. А во время святок, по её же рассказам, всегда гадала на воске. И так впервые и увидела папеньку Лавра.

— Говорю тебе, его острый нос я ни с каким не спутаю, – уверяла она. И добавляла вполголоса: – Хорошо, что у тебя нос в меня: умеренный классический.

Гроза пришла внезапно, как гость, который не был приглашён и теперь сильно негодовал на хозяев. Обычно стихия провоцировала Лавра на философские размышления. Иногда он даже делал пометки в блокноте, которых очень стеснялся.

«Гроза – это столкновение сил, где человек лишь зритель, наблюдающий за величием и мощью мироздания… Так весенний ливень обрушивается на землю, смывая остатки зимней скуки и пробуждая всё живое. Как символ очищения и обновления, в её ярости таится сила возрождения…»

Ускорившись, Лавр подбежал к дому. Свет уже не горел даже у Дуняши. Ветер, сначала робкий, понемногу превратился в свирепый ураган. Он швырял ветви деревьев и заставлял окна греметь. Даже на чердаке что-то звенело, дребезжало.

Точно, чердак! Матушка говорила, что там слабое стекло, вот-вот выпадет. И Лавр обещал глянуть, поджать, чтобы оно нечаянно не вывалилось. Даже лестницу с утра приставил, но потом его отвлекла Сонечка, и он забыл. И вот сейчас, в такой ураган, не то что стекло, саму дверцу может запросто сорвать с петель. А там, на чердаке, обитает любимица матушки – сибирская кошка Мурьяна со своим выводком котят. Ещё перепугается, бедная.

Думая так, Лавр, повесив пиджак на ветку яблони и закатав рукава просторной рубашки, полез по лестнице на чердак. И тут ливануло, да так, что рубашка сразу прилипла к спине. Молнии разрывали небо на части, ослепляя ярким светом. Они появлялись и исчезали с пугающей быстротой. Ступени скрипели, чердачное окошко было уже на уровне глаз. Он быстро потянул дверцу чердака на себя и, оттолкнувшись от последней ступеньки, нырнул в его тёплое сухое нутро.

Чердак был длинный, с засушенными Дуняшей пучками трав и банными вениками по углам. Ещё тут же хранилась старая сломанная мебель. Всё было покрыто толстым слоем пыли. Только угол, в котором стояла корзинка для кошки, был относительно чистым. Там же расположились и мисочки с едой. Маменька регулярно отправляла Сонечку оставить кошке еды, хотя та уже спускалась с подросшими котятами и прогуливалась в саду. Вот и сейчас корзинка была пуста. Может, застигнутые грозой, они кинулись в дом? Или матушка забрала их к себе в комнату?