Книга Новый муж бывшей любовницы. Игра на троих, страница 44 – Кезалия Вердаль

Твою ж мать, этот так сексуально, что я теперь хочу продолжения.

Он молча кивает в сторону уборной.

Потом так же без слов показывает “две минуты”.

Андрей удаляется.

Отсчитываю достаточное время, чтобы можно беспалевно последовать за начальником.

На самом деле наши шпионские игры здесь явно лишние. Весь салон погружен в дрему, а стюардессы переместились в переднюю часть самолета, поэтому вряд ли нашим игрищам кто помешает.

Протискиваюсь в тесную кабинку, где Беовульф уже давно меня поджидает. Если раньше казалось, что мужчина страдает некой клаустрофобией, то последние наблюдения могут смело предположить обратное. Андрею будто нравятся маленькие пространства, чтобы заполнять их полностью собою и нордическим запахом своего одеколона.

Если буквально пять минут назад Квилинский проявлял вселенскую нежность, то сейчас показывает истинное лицо и выпускает наружу своих драконов. Он берет меня жестко и стремительно, при этом зажимает ладонью рот, чтобы мои истошные стоны не покинули крошечную кабинку.

За эти полторы недели мы занимались любовью на всех горизонтальных поверхностях и в самых невообразимых позах, будто он выучил хинди только для того, чтобы изучить камасутру в оригинале и заучить ее наизусть.

Его движения такие мощные и сильные, что я даже пугаюсь, как бы не выломал практически бумажную дверь и хлипкий умывальник.

Салонные игры, видимо, так сильно его раззадорили, что викинг быстро доходит до пика и обессиленно отпускает меня.

Молча застегивает ширинку и пронзает меня недовольным взглядом. Он снова бесится, что не может держать себя в руках (штанах), когда нахожусь рядом.

Квилинский возвращается на место, пару минут трачу на то, чтобы привести себя в порядок, и тоже следую в салон.

Сажусь рядом с вице-президентом.

Он выглядит задумчивым.

Затем неожиданно берет мою руку и нежно ее целует.

— Алина, это ужасная игра, — шепчет он еле слышно.

— Мне казалось, тебе понравилось в нее играть, — отвечаю с сарказмом.

— Мы можем поговорить серьезно?

— Хорошо, переключила тумблер. Если улыбнусь — смело можешь меня расстреливать.

— Давай прекратим эту игру.

— Как хочешь, — киваю и пытаюсь вытащить ладонь, но Андрей не дает.

— Так просто?

— Я же не могу заставлять тебя любить меня.

— Меня не надо заставлять.

— То есть?

— Все на добровольных началах.

— Тогда в чем проблема?

— Я не хочу делить тебя ни с кем.

Молчу.

Я точно говорю с Квилинским?

Такие серьезные разговоры точно не в его стиле.

Верните мне злобного, грубого и саркастичного рыжего викинга.

— Свободные отношения теперь в моде, — стараюсь ответить ровным тоном.

Вроде получается, и голос даже не дрогнул.

— Мне наплевать на этих фриков Романову и Нагорнова! — злится Андрей.

— А они, кажется, счастливы.

— Все дело в деньгах?

— Допустим.

— Ты знаешь, у меня их тоже немало. Если не сказать — много.

— Но у него больше.

— Хорошо. Сколько он дает тебе каждый месяц. Назови сумму.

— Квилинский, у тебя столько нет.

Викинг скрипит зубами и до боли сжимает мою ладонь.

— Ты омерзительна, Искрина.

— Я знаю. Но и ты знай — ты не сможешь без меня.

— Это вызов?

— Да, когда ты ляжешь спать в холодную постель, то будешь думать о том, что я сплю одна в квартире ниже, — шепчу ему тихо и кусаю за мочку уха. — Будешь представлять меня обнаженной и такой горячей, готовой прижаться к тебе. И ты вдруг поймешь, что только я хочу тебя — такого злобного, грубого и саркастичного.