Книга Это было вчера, страница 43 – Елена Осколкова

— Маш… — услышала я шепот за спиной.

— Ром, не говори ничего. Я просто хочу забрать свои вещи. Не более.

Но Рома сделал вид, что не услышал меня. Подошел ко мне сзади и прижался к моей спине. А его руки обняли в районе живота и прижали меня к себе.

— Ром, отойди от меня.

— Не могу. Я не готов тебя отпустить.

— Ты изначально не собирался просто отдать мне вещи? — догадалась я.

— Ты всегда была догадливой.

Я развернулась и со всей силы оттолкнула его от себя. Рома не ожидал такого и слегка отошел. Я же решила забить на свои вещи и уже шла к выходу:

— Выброси мои вещи, или сожги. Делай с ними, что хочешь! Только больше не подходи ко мне!

Я начала дергать ручку входной двери, но безуспешно. Рома запер дверь и забрал ключи.

— Открой дверь!

— Нет, ты останешься здесь.

— Ты в своем уме?! Решил меня здесь насильно держать?! И сколько ты сможешь это делать? — в голове не укладывается этот абсурд. — Рано или поздно тебе нужно будет пойти на работу или в магазин. Я все равно уйду!

— До этого времени я успею тебе напомнить, как нам было хорошо, и выбить ненужную дурь из твоей головы.

У него сейчас взгляд психа. Мне становится не по себе. А я, как назло, снова забыла зарядить телефон и не могу даже кому-нибудь позвонить. Остается только надеяться, что Паша забьет тревогу.

— Ром, ты же не собираешься ничего делать из того, что я не хочу?

— Это ты сейчас не хочешь. Как только я тебя приласкаю, ты забудешь обо всем остальном.

Рома прижал меня к стене и уже во всю лапает, попутно целуя и прикусывая пою шею.

— Ром, я не хочу! Ты делаешь мне больно! Отпусти меня!

Но он не слышит меня. Рома уже задрал мою футболку и больно целует мою грудь, крепко зажав мои руки над головой свободной рукой.

Из моих глаза уже градом текут слезы, а голос дрожит. Я пытаюсь его оттолкнуть, но он сильнее меня. И его совершенно не волнует мое сопротивление.

— Умоляю! Прекрати! Остановись!

— Сейчас ты вспомнишь, как нам было хорошо вместе. И забудешь то недоразумение, что нас поссорило.

— Ром!

***

Рома не услышал мои мольбы остановиться. Он взял меня, несмотря на все мои протесты и слезы, прямо тут, у входной двери квартиры.

Сейчас я сижу на этом же месте на полу, тихо всхлипывая. Не могу поверить, что он это сделал. Я даже не догадывалась, что он на такое способен. Как я не увидела в нем монстра за все года?

— Малыш, ну ты чего? Все ведь хорошо.

Не стоило ему сейчас это говорить. Лучше бы оставил меня дальше реветь в этом чертовом углу. Теперь мою злость не успокоить.

— Все хорошо?! Взять меня силой, это ты называешь хорошо?! Я чувствую себя униженной!

— Тебя унижает секс с любимым?

— Не секс с любимым, а изнасилование бывшим! Ты самое мерзкое животное из всех, что живет на нашей планете! Я жалею, что не заметила этого раньше! Ты ничтожество!

Рома будто озверел от моих слов и ударил мне пощечину. Только вот силу не рассчитал, и моя голова ударилась об дверь так, что черные мушки перед глазами начали летать. Но мой гнев это не охладило, а скорее наоборот.

— Ты только что лишь подтвердил свое ничтожество! Ударить девушку, это же так по мужски! У тебя что, какие-то комплексы на тему своей мужественности?! Сначала трахаешься направо и налево. Потом и вовсе изнасиловал меня, а сейчас ударил! Решил самоутверждаться за счет женщин?! — уж не знаю, где мой инстинкт самосохранения, потому что с каждым моим словом Рома становится краснее, а глаза становятся еще более бешенные. — Да тебя Паша в порошок сотрет, когда все узнает. А если нет, то я сама тебя машиной перееду! И даже на твои похороны не приду! Одной тварью на свете станет меньше!