Книга Спаси меня. Сними маску, страница 45 – Елена Осколкова

— Надеюсь, тебе не нужно объяснять причины, почему я так сделала?

— Я тебя обидел. Ты вспылила. Я понимаю, — спокойно произнес Вадим, будто речь о простой бытовой ссоре. — Кстати, а что за хмырь тебя привез? Ты такая счастливая вышла из его машины. Вы вообще как-то много времени проводите вместе. Мне это не нравится.

— Это тебя не касается. Как ты сам уже уточнил, мы в разводе. И уже шесть лет.

— Как тебе объяснить, чтобы ты сразу поняла… — Вадим сделал вид, будто задумался. Он специально тянет время, чтобы Николь начала нервничать еще больше. — Наш брак аннулировали без моего согласия… А это значит, что мы все еще женаты. И мне плевать на все бумажки.

— Ты вышел два месяца назад. Почему объявился именно сейчас?

— Решил сначала посмотреть, как ты живешь. Кстати, у тебя хорошая квартирка. Уютненькая такая, чистая. И работу ты себе хорошую нашла. Молодец. Я всегда знал, что ты способная… — Вадим сделал многозначительную паузу, после которой от его напускного спокойствия не осталось и следа. — Только вот не подозревал, что такая эгоистичная стерва! Почему ты ни разу не позвонила моим родителям, не узнала, как у них здоровье?! А ты в курсе, что моя мать уже год лежачая?! Да, инсульт. Слишком переживала за меня. А ты, дрянь, заварила эту кашу и даже не позаботилась о моих стариках!

— Ты себя слышишь?! Эту кашу заварила не я! Тебе, видимо, нужно напомнить, что ты меня чуть не убил! Врачи с трудом меня спасли! Только вот нашего ребенка им спасти не удалось! Ты убил его и сделал меня стерильной! За что тебя и посадили! Так что винить в плачевном состоянии своих родителей ты можешь только себя! — Николь забыла о страхе. Теперь ей управляет злость. Она знает, что ничего хорошего этим не добьется. Но в данной ситуации ее, в принципе, не ждет ничего хорошего. Девушка уже поняла, что он так просто ее не оставит. Так чего тогда бояться? Проще сразу приступить к финальной сцене. — Я не обязана была им звонить! Тем более, они меня всегда ненавидели. Они уверены, что их зацелованного в жопу сына посадили по моей вине! Да они обвиняют меня даже в том, что ты стал наркоманом! А ведь это твои замечательные родители довели тебя тогда, что ты начал злоупотреблять веществами! Я до сих пор помню, как они ежедневно приходили к нам домой и трепали тебе нервы, что ты взял себе в жены детдомовское отродье. Сироты же, по их мнению, являются мусором, которым не место в приличном обществе!

— Мой тебе совет, утихомирь свой нрав!

— Что так? Правда глаза колит?! — Вадим за секунду преодолел расстояние между ними и ударил Николь в живот. Это выбило из нее весь воздух и заставило согнуться. — Что, в тюрьме не учат, что женщин бить не хорошо? — девушка через боль выдавила из себя улыбку. Она решила, что теперь только с улыбкой будет с ним разговаривать. Пусть видит, какой навык она развила, благодаря нему.

— Тебе лучше не знать, чему там учат.

— Я так и не услышала, зачем ты заскочил ко мне в гости. Пятьсот двадцать километром не самый близкий путь.

— Ооо… Я не в гости к тебе заскочил, — на лице Вадима расцвела улыбка. — Мы с тобой будем наверстывать шесть лет разлуки.

— Не знаю, как тебе, а мне ничего наверстывать не нужно. Это были прекрасные шесть лет, — продолжила улыбаться Николь, хоть и внутри все сжимается от злости.